|
Вон котелок, — ехидно сообщил блондинчик. — Приятного аппетита. Леся молча поднялась с бревна и начала помаленьку собирать вещи. Мазила, смущаясь, поспешил ей на помощь. Ворожцов потянулся к закопченному металлическому боку, пододвинул. От котелка тянуло приятным теплом. Наверное, самым приятным — когда содержимое еще не остыло до подернувшегося жиром состояния, но уже перестало быть обжигающе огненным. Рот в предвкушении наполнился слюной. Пальцы подцепили посыпанную хвоинками и пеплом крышку, потянули. Котелок оказался опустошен лишь наполовину. Но оставшееся было странно пахнущим слипшимся комом сероватого цвета. Ворожцов вскинулся в удивлении, поглядел на Сергуню. Тимур, смотревший в котелок через его плечо, озадаченно почесал затылок. — Это что? — Макароны, — чуть ли не истекая ядом, проговорил блондинчик. — По-флотски. Кушайте, не обляпайтесь. — Иди в пень, — сердито огрызнулась Наташка. Ворожцов с опаской заглянул в котел. Серый комок теста смотрелся не шибко аппетитно, но выбора не было, и он принялся отковыривать куски поменьше. Тимур стоял и смотрел за тем, как он перебрасывает «макароны» себе в миску. На вкус блюдо оказалось не менее странным. — Это кто ж такое адово варево приготовил? — полюбопытствовал Тимур, чуть не заглядывая в рот Ворожцову. — Идите вы все знаете куда? — вскинулась Наташка. — Шеф-повар Казлатёркина, — вставил свои две копейки Сергуня, хотя и без него все уже было ясно. Тимур присел к котелку и осторожно ковырнул макароновый ком. — Вам хорошо издеваться, — забурчала Наташка. — Особенно тебе. Девчонка полоснула взглядом по Ворожцову. Тот слегка опешил. Вроде не издевался. Напротив, сидел молча, ел, что дали. — Взял бы меня с собой, а Ворожейкина здесь оставил, — продолжала Наташка, заглядывая Тимуру в глаза. Тот старательно прятал взгляд. — С тобой после этих макарон по-флотски разве что дурак в разведку пойдет, — ввернул Сергуня. — Такое слепить мог только исключительный враг человечества. — Отвянь, козел, — отбилась Наташка. Тимур опасливо притронулся к макаронам. Первую ложку понес в рот с тем выражением лица, с каким, должно быть, приговоренные к гильотинированию всходили на эшафот. — А чего Леся не помогла? — Леська помогала с костром, — радостно подпрыгнула Наташка, почуяв возможность отомстить и не дав подруге рта раскрыть. — Потому что кое у кого руки растут оттуда же, откуда и ноги. — Это потому, что мелкий сырых дров натащил, — отмазался Сергуня. — А я чего? — подал голос Мазила. — Да хватит вам уже, — вмешалась Леся, застегивая рюкзак. — Сереж, что ты на всех накидываешься? Делать нечего? Они ведь как-нибудь соберутся и тебе накостыляют. Сергуня лучезарно улыбнулся: — Я готов за правду пострадать. |
