|
Два коробка, обмотанные синей изолентой, лежали поверх редакционного удостоверения. Блинов достал маленький сувенирный нож выкидуху и аккуратно срезал с коробков изоленту, продемонстрировав содержимое понятым. Батонов сидел бледный. Майор Чайковский быстро писал:
…09.94. Санкт Петербург. Акт изъятия. Мною, ст. оперуполномоченным Чайковским В.Ф., в помещении дежурной части Смольнинского РУВД в 22 часа 47 минут в присутствии понятых… – Ну, как вас писать, красавицы синеглазые? За понятых ответил сержант. Быстро и уверенно. – Что, постоянные клиенты? – спросил Блинов. – Да уж почти как родные. Понятые дружно кивнули: ага, дескать, мы – постоянные. Чайковский продолжал писать: …в присутствии понятых: Ф.И.О., место прописки, Ф.И.О., место прописки, составлен настоящий акт о том, что у гражданина Батонова Владимира Николаевича, 1969 г.р., проживающего по адресу: Лермонтовский пр., дом…, кв… (паспорт, серия, номер), обнаружено и изъято два спичечных коробка с веществом темно зеленого цвета, сыпучим, с резким запахом. На момент изъятия оба коробка были обмотаны изолентой синего цвета. Со слов гр. Батонова, эти два коробка в левый внутренний карман пиджака ему подсунули сотрудники милиции. Конкретно: ст. оперуполномоченный майор Чайковский В.Ф. – Ну, Батонов, ты это точно видел? – спросил Чайковский. – Да, – сказал Вова зло, – видел собственными глазами. – Очень хорошо. Так и запишем. Гр. Батонов утверждает, что точно это видел. Вышеуказанные два спичечных коробка запечатаны в конверт. Опечатаны печатью N 16 12 отдела УУР. На конверте и на печати имеются подписи понятых и ст. о/у Чайковского В.Ф. Срезанная со спичечных коробков упаковка (изолента) запечатана в конверт. Опечатана печатью N 16 12 отдела УУР. На конверте и на печати имеются подписи понятых и ст. о/у Чайковского В.Ф… – Подписывайте, господа понятые. Синеглазые подписали. Блинов упаковал вещдоки в серые конверты, Чайковский шлепнул печати. Снова расписались понятые и майор. – Ну а ты, гражданин Батонов, подписывать будешь? – Хер вам. От подписи в присутствии понятых гр. Батонов отказался. – Вот так, господин журналист, – сказал майор. – Закрутилось колесо то. Щас мы зарегистрируем наш акт у дежурного, а твою травку направим на экспертизу… – Я не знаю, что в этих коробках, – сказал Батонов. – Мне их подкинули. Это ваши ментовские штучки. Это политическое преследование. – Я тоже пока не знаю, что в этих коробках. Я только предполагаю, что это марихуана… Но вот эксперты скажут точно. И еще эксперты снимут отпечатки пальцев с изоленты. А? Майор говорил спокойно и уверенно. Он знал, что именно так все и будет. Но сначала для этого ему придется покрутиться: чтобы забить Вову Батонова в камеру, нужно предъявить следователю заключение экспертизы. Без заключения следак и разговаривать не станет – хоть мешок дури ему прямо на стол высыпай: – Вот, пожалуйста… дурь, товарищ следователь… – Э э э, нет, товарищ оперуполномоченный, – ответит следак. – Пока это какая то неустановленная солома. У экспертов был? – Не успел, Иван Иваныч. – Ну, тогда, Виктор Федыч, забирай свою солому. Вот так. А заключение экспертизы, если его дождаться законным образом, когда еще будет. У ребят из ЭКО работы тоже хватает. …А ждать Чайковскому было некогда – Гувд требовал жратвы. Жертвоприношения. На плече Гувда сидел полковник Тихорецкий. У него отношения с монстром были отличные… Чайковский поднялся на второй этаж к следаку. |
