Мы доели обед, обсуждая уже более приземленные вещи: прогноз погоды и качество местной еды. К слову, еду здесь подавали настолько вкусную, что многим «мышленовскм» ресторанам еще поучиться стоит.

После обеда компания распалась.

— Я пойду, пожалуй, — сказала Мария, вставая. — Хочу еще раз перечитать конспекты по токсикологии, на всякий случай.

— А я вздремну часок, — потянулся Дубов. — Режим, знаете ли. Война войной, а сон по расписанию.

— Ты же пять минут назад сказал, что едва глаза продрал, — сказал я, прикрыв рот от зевоты.

Он ничего не ответил, лишь подмигнул, забирая поднос с грязной посудой.

Виктория тоже засобиралась к себе, сославшись на необходимость подготовить одежду на завтра.

Мы разошлись по своим комнатам.

Оказавшись в номере, я почувствовал, что спать больше не хочу. Тело было отдохнувшим, голова ясной. Оставшееся до вечера время нужно было потратить с пользой, а конкретно на те вещи, что могли спасти мне или кому-то другому жизнь.

Я задернул шторы, создавая в комнате полумрак. Сел на кровать, скрестив ноги в удобной позе.

Медитация.

Это слово в моем прошлом мире ассоциировалось с йогами и эзотерикой, но для мага это была такая же необходимость, как чистка оружия для солдата.

Я закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Медленный и глубокий вдох, а затем плавный выдох. Полная концентрация на этих действиях.

Постепенно мысли успокоились, шум в голове стих. Я погрузился во внутренний мир, после чего потянулся к своей психее, которая из сплетения двух цветов стала однородной. Серая с едва заметным отливом фиолетового.

Зацепившись за нее, я стал прогонять энергию по каналам, чувствуя, как сила течет по каналам от места под солнечным сплетением к голове, затем обратно к сердцу и ниже, через желудок до кончиков пальцев на ногах и обратно.

Этот упражнение позволяло лучше почувствовать энергию, представить, как я концентрирую силу на кончиках пальцев руки, словно пулю, вращаю его и при желании могу направить вперед.

Вместо разрушительного удара, как тогда в коллекторе, спасая Шаю, где девяносто процентов силы просто развеялось в пустоту, теперь я могу вот так.

Закончив с упражнениями, я медленно открыл глаза. Комната была погружена в полумрак, разбавляемый лишь светом уличного фонаря, пробивающимся сквозь плотные шторы. В теле ощущалась приятная легкость, а разум был чист и спокоен.

Я потянулся к тумбочке, взял телефон и разблокировал экран. Время было детское, но, учитывая насыщенность событий и грядущий ранний подъем, затягивать с отбоем не стоило. Однако перед сном нужно было сделать еще одно важное дело.

Я открыл «Имперграм» и нажал на иконку видеовызова напротив контакта «Алиса».

Гудки шли недолго. Экран мигнул, перестраиваясь, и через секунду на меня уже смотрело знакомое, обрамленное рыжими волосами лицо.

— Виктор! — воскликнула Алиса, и ее изображение слегка дернулось — видимо, она держала телефон в руках, устраиваясь поудобнее. — Привет! Мы уже переживать начали!

Я улыбнулся, глядя на нее. Она выглядела домашней и уютной: в какой-то объемной футболке, с распущенными волосами и чашкой чая в руке. На заднем плане мелькнула тень прошедшей мимо Лидии.

— Все в порядке. Доехали без приключений, разместились. Жив, цел, орел.

— Как устроился? — спросила она с любопытством.

— Сейчас покажу.

Я нажал кнопку смены камеры и медленно повел телефоном по комнате, устраивая ей мини-экскурсию.

— Вот, смотри. Номер вполне себе на уровне. Кровать двуспальная, мягкая, проверено. Рабочий стол, шкаф, даже сейф есть. Санузел собственный, с душевой кабиной. Вид из окна, правда, на парк и соседний корпус, но зато тихо.

Я вернул камеру на себя.