Лена сидела позади меня и молчала, глядя на заснеженные склоны, и я знал, что её мысли заняты вчерашним разговором. Решение остаться на первом слое всё ещё висело между нами, как тяжёлая тень.

Валёк всё ещё сидел рядом с Димоном и был ответственен за сохранность головы, которую нужно было передать тёмным эльфам. Катя, напротив, казалась собранной, а взгляд скользил по горизонту, будто она выискивала нужную нам деревню.

Которой мы всё ещё не достигли…

— Держитесь крепче, — твёрдо сказал я команде, похлопав паучиху по хитину. — Поднажми.

Куколка издала лёгкий скрежет, будто соглашаясь, и ускорила шаг. Её лапы с хрустом вгрызались в снег, иногда сбивая мелкие камни, которые с грохотом катились вниз по склону. Я невольно улыбнулся, чувствуя, как легко она стала слушаться.

Мысли текли медленно, но одна из них была ясной: деревня дворфов — наш следующий шаг, и, если всё пойдёт по плану, мы быстро обернёмся. Сунь Укун дал нам монету, но хоть я был рад, что не пришлось прибегать к «Берсерку», выполнить просьбу требовалось.

Путь через горы был нелёгким. Ветер усиливался, снег бил в лицо, а тропа становилась всё уже. Иногда Куколка скользила на льду, но её лапы быстро находили опору. Я чувствовал, как она напрягается, борясь с холодом, и мысленно поблагодарил её за выносливость. Без неё мы бы точно застряли где-нибудь посреди этих проклятых гор.

— Чёрт, как же холодно, — ворчливо сказал Димон, стряхивая снег с волос.

— Да ладно, — насмешливо сказала Катя, поправляя капюшон. — Лучше, чем пешком топать. Да и зелье помогает.

— Ну, это да, — хмыкнул Димон, похлопав Куколку по хитину. — Ты, малышка, реально Арахнотанк. Без тебя бы мы тут все околели. По крайней мере пятая точка в тепле, ха-ха.

Куколка щёлкнула хелицерами, будто в ответ, и команда невольно рассмеялась. Даже Лена улыбнулась, хотя её взгляд всё ещё был задумчивым. Я поймал себя на том, что смотрю на неё чаще, чем нужно, и отвернулся, сосредоточившись на тропе.

К вечеру горы начали редеть, и впереди показались очертания деревни дворфов.

— Наконец-то! — выдохнула Милена. — Побыстрее бы добраться!

Деревня раскинулась в небольшой долине, окружённой высокими пиками, которые защищали её от ветра.

Дома, вырезанные прямо в скалах, казались частью гор, их стены были покрыты замысловатыми узорами, высеченными с ювелирной точностью.

Каменные шпили, увенчанные металлическими флюгерами в виде молотов и наковален, возвышались над крышами. Улицы были вымощены гладкими плитами, которые блестели от снега, а по краям стояли массивные фонари, излучающие тёплый оранжевый свет.

В центре деревни возвышалась огромная статуя дворфа-кузнеца, держащего молот, а вокруг неё кипела работа: жители сновали туда-сюда, неся мешки с рудой, тележки с углём и заготовки для оружия. Из труб поднимался дым, смешиваясь с запахом горящего угля и металла. Где-то вдали слышался ритмичный стук молотов, а из одного из домов доносилась громкая песня, сопровождаемая звоном кружек.

— Вот это место, — удивлённо сказала Катя, оглядываясь. — Прямо как из сказки…

— Только с кучей бородатых мужиков, — хохотнул Димон.

— И с кучей работы, — спокойно сказал Юки. — Они явно не сидят без дела.

Куколка замедлила шаг, её лапы хрустели по снегу, и я заметил, как несколько дворфов остановились, глядя на нас. Их лица, заросшие густыми бородами, были суровыми, но в глазах читалось любопытство. Один из них, невысокий, но крепкий, с рыжей бородой, заплетённой в косы, шагнул вперёд. Его кожаный фартук был покрыт сажей, а в руках он держал массивный молот, который казался слишком большим для его роста.