– Годовая сумма налога, который платит половина галактики. Эйнштейн только что ее подсчитал. – Большой Рыжий улыбнулся. – По‑прежнему хочешь стать хозяином половины галактики?

– Если бы она мне принадлежала, я бы прилетел на Делурос VIII, сел напротив Монарха, достал бы колоду карт и мы сыграли бы на налог, ничего против двойного.

– А если бы ты проиграл? – спросил Адский Огонь ван Винкль.

– С моей колодой? – По интонациям чувствовалось, что ничего более глупого О’Грейди не слышал за всю последнюю неделю. Возможно, так оно и было.

– Извини, – улыбнулся ван Винкль. – У меня что‑то с головой.

– Так что, Катастрофа Бейкер, ты готов присоединиться к моей церкви? – спросил преподобный Билли Карма.

– Я об этом подумываю, – ответил Бейкер. – Должен же человек чем‑то занять себя в воскресное утро.

– Помимо того, как насиловать, грабить, резать, убивать и спать допоздна? – раздался бас у дверей, и мы все повернулись, чтобы посмотреть, кто пришел. – Не могу представить себе чего‑то еще.

Пара приковывала взор. Женщина высокая, стройная, с угольно‑черными глазами и волосами, под цвет которых была и помада. Мужчина огромный, как Катастрофа Бейкер, с всклоченными рыжими волосами, окладистой рыжей бородой, в одежде из шкур инопланетных полярных животных. Я сразу понял, что перед нами сам Ураган Смит.

– Будь я проклят! – воскликнул Бейкер.

– Может, и будешь, – согласился Смит, – но сначала хотелось бы выпить.

Смит и его подруга проследовали к стойке, где он и Бейкер с такой силой замолотили друг друга по плечам и спине, что эти удары убили бы любого из присутствующих, за исключением разве что Могильщика Гейнса.

– Как я рад снова свидеться с тобой, Ураган! – Голос Бейкера переполняла радость. – А кто эта элегантная дама?

– Лангтри Лили, – ответил Смит. – У нас медовый месяц.

– Поздравляю! – проорал Бейкер. – Не будешь возражать, если я поцелую новобрачную?

– Ты помнишь, что случилось, когда ты в последний раз поцеловал мою спутницу? – с улыбкой ответил Смит. – А ведь с той дамой я познакомился лишь десятью минутами раньше.

Я подошел, чтобы поприветствовать их.

– Что будете пить? – спросил я. – Первый заказ за счет заведения.

– Мне денебской огненной воды, – ответил Смит. – Что тебе, дорогая?

Лангтри Лили что‑то шепнула ему на ухо.

– Здесь найдется галлон кофе?

– Нет проблем.

– Пинта мороженого?

– Есть и мороженое.

– Фунт сахара?

– Сахара у нас полно.

– Она сладкоежка. Побалуем ее?

– Галлон кофе, пинта мороженого, фунт сахара, – повторил я. – Да, сейчас все будет.

– Хорошо. – Он повел Лангтри Лили к столику. – Кофе и мороженое не надо, остальное неси.

Пусть нечасто, но странные заказы случаются, так что я пожал плечами и отдал Регги соответствующие инструкции.

– Эй, ты – та самая пелопоннесская женщина, с которой ушел Ураган, не так ли? – спросил Никодемий Мейфлауэр.

– Она – моя жена, – рявкнул Смит. – Большего тебе знать не надо.

– У меня и в мыслях не было обидеть ее, – торопливо добавил Мейфлауэр. – Ураган и я служили в одной армии. Против пелопоннесов я ничего не имею.

– Так это она или не она? – прошептал Сидящий Конь.