– Так это она или не она? – прошептал Сидящий Конь.

Аккурат в этот момент мимо столика Смитов пролетала муха. Лангтри Лили открыла рот, ее язык «выстрелил» на добрые двадцать дюймов, ухватил муху, а мгновением позже мы услышали недостойный леди хруст, после чего Лангтри Лили шумно сглотнула.

– Она, – ответил Неистовый Бык.

– Это круто! – вздохнула Золушка. – Знаете, сколько бы я заработала денег, будь мой язык даже вдвое короче?

– Слуга Бога не может сидеть, сложа руки, когда его потенциальная прихожанка мучается от собственной неполноценности. – Билли Карма повернулся к Золушке. – Почему бы тебе не заглянуть ко мне чуть позже и испытать свои физические недостатки на мне?

– Потому что я не хочу, чтобы ты испытывал свои физические недостатки на мне, – фыркнула Золушка.

Когда смех стих, Бейкер сел за столик к Смиту и Лангтри Лили.

– Что привело тебя в «Аванпост»? – спросил он.

– По правде говоря, я направлялся вовсе не сюда, – ответил Смит. – Но буквально в соседней звездной системе шла жуткая стрельба, а поскольку я слышал об этом заведении, то решил скоротать здесь время, пока они не закончат эту войну.

– И какая сторона в вас стреляла? – спросил Бард.

– Черт, да обе палили по нам. Не пойму, на кого они так разозлились?

– Насколько я понимаю, практически на всех, – ответил Бейкер.

– Эй, Ураган, – позвал Могильщик Гейнс. – Ты представишь меня своей даме, даже если я не могу ее поцеловать?

– Как получится, – осторожно ответил Смит. – Ты все еще охотник за головами?

– Я уже много лет этим не занимаюсь.

– Рад слышать. Ты мне всегда нравился, за исключением тех моментов, когда стрелял в меня.

– Черт побери, и мне всегда казалось, что мы могли бы стать отличными друзьями, если бы ты не пытался меня убить.

– Так сейчас самое время стать ими. – Смит протянул свою лапищу.

– Полностью с тобой согласен. – Могильщик крепко ее пожал.

– Карамелька, – Смит повернулся к жене, – это мой…

Глаза ее широко раскрылись, руки забегали по столу.

– Э… не обращай внимания, использовал не то слово, – объяснил он Могильщику Гейнсу. – Лангтри, это мой друг Могильщик Гейнс, который раньше был моим лучшим врагом. Могильщик, это Лангтри Лили.

Лангтри Лили посмотрела на Могильщика и зашипела.

– Наша прежняя вражда – чистый бизнес, – объяснил Смит. – Против него лично я ничего не имел.

– Скажу честно, мэм, – добавил Гейнс. – Во всем Внутреннем Пограничье мне больше всего хотелось схватиться именно с Ураганом. Да еще, возможно, с этим светловолосым уродом. – Он ткнул кулаком в сторону Бейкера.

– В любом случае, теперь мы друзья, – заметил Смит.

– Мы никогда и не были врагами, всего лишь конкурентами.

– Можно сказать, спортсменами, выступающими за разные команды, – поддакнул Смит.

Лангтри Лили несколько секунд переводила взгляд с одного на другого, потом улыбнулась Гейнсу. Той самой улыбкой, увидев которую люди с радостью шли на смерть, а на Пелопонне – дезертировали тысячами.

– Не было ли актрисы Лангтри Лили в те времена, когда человечество еще жило на Земле? – спросил Маленький Майк Пикассо.

– Ее звали Лили Лангтри* [12], – ответил Смит.