В прошлом году его бабушка Людмила Васильевна умерла, и вместо неё Андрей стал нашим соседом. Нисколько не страдал он от потери близкого человека. Наоборот, за версту была видна радость от чувства свободы и обретения своей жилплощади. Ещё бы, ведь до этого ему приходилось скитаться по съёмным квартирам, а там особо не забалуешь, случись чего, хозяева пинками вышибут, да ещё и ущерб взыщут. И началась у нас всех весёлая жизнь. Да, да, не только у Андрея, но и у большинства соседей. Всё дело в том, что не терпел он тихого пьянства в одиночку. Ему непременно требовались шумные компании и широкий размах. Единственное, что можно хорошего сказать, Андрей всегда был человеком добродушным, никогда не скандалил и не проявлял агрессии. Случалось, врубит громкую музыку поздно вечером, я приду к нему, и он тут же с порога: «Всё, всё, дядь Юр, уже выключаю!».

Мать всегда как могла контролировала Андрея, старалась не упускать его из вида. Но в итоге всё-таки упустила. После того, как Андрей более суток не отвечал на звонки, она приехала. Дверь оказалась запертой и, несмотря на громкий стук, никто не открывал. Тогда открыла она своим ключом и тут же была шокирована тр**ами Андрея и какого-то незнакомца. Долго ли, коротко ли, приехала следственно-оперативная группа и попросили нас с Ириной поприсутствовать понятыми. Тр*п Андрея находился в кресле, а неизвестного мужчины – на полу рядом с обеденным столом. Причина их смерти была понятна, поскольку тут же лежали использованные шприцы и пакетик с остатками сероватого порошка. По всей видимости, Андрею стало недостаточно одного лишь алкоголя. Захотелось более мощного и яркого кайфа. Но просчитался он, получив вместо удовольствия преждевременную смерть.

Зачем я рассказал эту историю? Да просто в качестве примера того, как бездарно и глупо человек может распорядиться собственной жизнью.

Придя на «скорую», как всегда остановился я у крыльца для принятия дозы никотина. Смотрю, из подвала главный фельдшер вылезает в испачканном белом халате.

– Приветствую, Андрей Ильич! Чтой-то ты сегодня ни свет ни заря по злачным местам лазаешь?

– Так у меня столько дел, что я вообще ничего не успеваю. Игорь Геннадьевич перед своим отпуском столько поручений надавал, что аж башка кругом. Я сегодня к шести утра приехал, сразу в подвал полез порядок наводить, завалы старой техники разбирать. Сейчас засяду часа на три изменения вносить в паспорт учреждения. А ещё надо срочно готовить аукцион по психосвидетельствованию работников. Раньше-то мы прямые договоры заключали с ПНД и вообще проблем не было. А теперь велели только через торги.

– Да, Андрей Ильич, ты прям как Золушка, которой мачеха миллион поручений надавала!

– Нет, Юрий Иваныч, у Золушки перспектива была на бал поехать. А у меня что? Люлей не дадут и то радость!

Что и говорить, незавидная эта должность. Обязанностей не сосчитать, ответственность за всё, что можно и нельзя, а оплачивается сей каторжный труд, мягко скажем, не совсем достойно.

Вот и конференцию объявили. В ходе доклада старший врач предыдущей смены постепенно передавал карты вызовов начмеду Надежде Юрьевне. Когда доклад был окончен, она, нахмурившись мрачнее тучи, разразилась претензиями:

– Дмитрий Александрович, из того, что я сейчас прочитала, можно сделать вывод, что карточки вы не проверяете и бригады не контролируете. Думала, что после нашего последнего разговора всё наладится. А оказывается, опять происходит то же самое. Вам самому это не надоело?

– А что не так, Надежда Юрьевна? – спросил он в недоумении. – Я всё проверял.

– Ну вот всё да не всё. Почему при инсульте м***зию ввели внутримышечно в дозе десять миллилитров? Зачем дали г***цин? Зачем больную в позу Ромберга ставили? Вы считаете это всё правильным?

– Извините, Надежда Юрьевна, видать, проглядел я.

– Вы не только это проглядели.