– Ну что, Олег Виталич, нужно в больницу ехать, здесь, на месте, мы вам при всём желании не поможем.

– Нет, никуда не поеду, – твёрдо ответил он. – Мне всё равно умирать, так уж лучше дома. Может, сделаете укол или хотя бы таблетку дадите?

– Да сделаем и дадим, а толку-то что? Это вас не вылечит.

– Понятно, что не вылечит, но может хоть чуть-чуть получше будет? Хотя уж скорей бы к одному концу…

Сделали мы мочегонное, дали таблетку бета-блокатора и ушли восвояси, не забыв взять подпись за отказ в госпитализации.

Жить Олегу Витальевичу оставалось совсем немного. Но ведь он исключительно сам довёл себя до такого печального состояния и позвал раньше времени старуху с косой.

Следующий вызов был на травму головы и ноги без кровотечения у женщины тридцати семи лет.

Открыла нам сама пострадавшая. Она слегка прихрамывала, но в целом её состояние выглядело вполне удовлетворительным.

– Что с вами случилось?

– Вчера вечером меня машина сбила. Я упала, но сразу встала. Коленки свезла, но не сильно. Вроде бы всё нормально было…

– Извините, перебью, а машина-то остановилась?

– Да, водитель ко мне подошёл, спросил, как я себя чувствую, нужна ли помощь. Я сказала, что не нужна, всё в порядке. Ну и всё, после этого он уехал.

– Ладно, а что дальше было?

– Когда домой пришла, сразу голова разболелась, а ещё нога в придачу, вот тут, где лодыжки. Никуда обращаться не стала, думала, что к утру всё пройдёт. Таблетку выпила и легла. А утром ещё хуже стало.

– А номер и приметы машины не запомнили?

– Нет, ничего не запомнила. В машинах я не разбираюсь, только знаю, что красная. Ой, а вы зачем спрашиваете? Будете в полицию сообщать?

– Да, мы обязаны.

– Дело в том, что я в неположенном месте перебегала. Меня же оштрафуют.

– Ничего, штраф невелик, по-моему, рублей пятьсот.

– А может не будете сообщать, а? Напишите, что я просто упала.

– К сожалению, не могу я так сделать.

Пострадавшую я осмотрел, но ничего угрожающего не нашёл. Выставил под вопросами закрытую черепно-мозговую травму – сотрясение головного мозга и повреждение связок левого голеностопа. На сустав наложили фиксирующую повязку, дали г***цина три таблетки, после чего в стационар свезли черепно-мозговую травму исключать.

Сообщить я всё-таки решил. Вдруг всплывёт вся эта история и тогда меня могут к уголовной ответственности привлечь за подлог. Что ни говори, а иногда бывает полезно воспользоваться принципом человека в футляре: «Как бы чего не вышло!».

Далее поехали на психоз к мужчине двадцати восьми лет. В примечании было написано: «Больной агрессивен». Н-да, без полиции тут явно не обойтись.

Подъехали к «свечке»-многоэтажке. Никто нас, к сожалению, не встречал. Быстро посовещавшись, решили сперва пойти и аккуратно разведать обстановку, чтоб понапрасну полицию не дёргать. Звонить в домофон нам не пришлось, потому что вошли мы вслед за девушкой. Вот и нужная нам квартира. Позвонив в дверь, мы сразу отошли в сторону, чтобы обезопаситься от возможного нападения. Почти сразу открыл молодой, приличного вида мужчина и с недоумением посмотрел на нас.

– Здравствуйте! «Скорую» вызывали?

– Нет. А вы вообще к кому?

– К Воронину Никите Борисовичу.