Мы хлопнули по рукам, после чего он схватил меня за шиворот левой. Легко, как котенка какого-нибудь. Толкнул ногой дверь кладовки, и коридор сауны вдруг пропал.

Глава 13

Изнанка мне не понравилась. Конечно, я не понимал, где она вообще начинается, а где заканчивается. Создавалось ощущение, что ты в центре Выборга, вот только все достопримечательности убрали, и остались одни послевоенные развалины, с тем лишь учетом, что с наших пор прошло несколько сот лет.

Сауны, само собой, не было. Местные явно не испытывали необходимости в культурных развлечениях подобного толка. Еще большой вопрос, есть ли тут вообще кто-то.

Что там чур говорил про царство мертвых? Если честно, похоже. Небо затянуто плотной пеленой то ли смога, то ли странных свинцовых туч. Хотя, я склонялся к первому варианту. Дышать было очень сложно. Будто на высокогорье оказался. А еще сильно кружилась голова. В общем, явно не мой тип климата. Сейчас выяснится, что и недвижка здесь стоит немыслимых денег, да?

Передо мной расстилалась равнина всех оттенков серого. С редкими торчащими остовами из камня, скудными незнакомыми растениями (как они вообще здесь выживают без света?) и пылью. Та тоже оказалась странной. Какой-то вязкой, почти осязаемой, хрустящей на зубах.

И зачем сюда ходят? Что отсюда вообще можно принести? Горсть проклятой земли? Или непонятную частичку травы? Ночные кошмары и бесплатное направление к психотерапевту? Жутковато здесь.

А еще я чувствовал, что это место точно не для меня. Словно неподготовленный человек впервые попал на большую глубину. Неведомое нечто давило со всех сторон. Не придерживай меня чур за шиворот, так точно бы грохнулся. Как он вообще подобное сделал?

Я повернул голову и увидел, что проводник меж миров буквально стоит в воздухе, как если бы там была лестница или ящик. Только глядел он не на меня, а куда-то вдаль. И этот вот взор, обращенный к светлому будущему, где пахнет коммунизмом, мне очень не понравился.

Я повернул голову вслед за ним и не увидел — почувствовал. Нечто настолько огромное и мощное, что мы были по сравнению с ним двумя песчинками.

— Это че там такое? — чуть ли не заикаясь, спросил я.

Нечисть ничего не ответила, какое-то время продолжая пялиться в пустоту. А вот когда на моих нервах уже можно было играть реквием, все же подал голос:

— Хватит, — сказал чур. — Надо возвращаться.

Я был с ним искренне согласен. Мне подумалось, что для первой экскурсии достаточно. Не предложи он, я бы сам пообещал все деньги мира, чтобы поскорее убраться отсюда. Поэтому я кивнул и добавил:

— Было бы славно, Былобыслав.

Чур провел пальцем по воздуху, и перед нами возник образ той самой двери, ведущей в кладовку. Нечисть взялась за ручку, и мы вывалились обратно, в тупик коридора. Нет, не будь я в сауне и не бойся заразиться всеми болячками мира, я бы пол расцеловал.

И теперь я понял, что имел в виду чур, когда сказал, что за переход кроме денег возьмет кое-что еще. Под «кое-чем» он явно имел в виду хист. Потому что чувствовал я себя ненамного лучше, чем когда очнулся у Натальи. Нет, вру, лучше. Мне хватило сил, чтобы добежать до туалета и проблеваться. Хотя конечности были ватные.

— Я же говорил, слабый ты еще, — похлопал меня по спине чур. — Не надо было тебе туда соваться.

— Самое главное — это вовремя предупредить, — сказал я в перерывах между очищением организма.

— Я тебе не помощник и не друг, — спокойно ответил Былобыслав. — Сам попросил. Да и знаю я вас, рубежников, лучше разок в дерьмо лицом макнуть, чем потом по осемь раз говорить, почему так делать не стоит. Вы наглядность любите.

Лично я любил шоколадные конфеты «Степ», светлый лагер и, видимо, не ходить на Изнанку.