Они уже дошли до второго стиха, когда начали появляться пожиратели. Их были десятки, и они материализовывались из темноты подобно призракам. Они ползли между пустыми скамьями впереди, где никто не любил сидеть, к столикам для ритуалов и задним рядам. Они вылезали с хоров, из-за синих бархатных портьер, обрамлявших алтарь, из-под кафедры. Они были повсюду. Нест была настолько ошарашена, что прекратила петь. Она никогда прежде не видела пожирателей в церкви. Даже не представляла, что они могут сюда войти. Она смотрела, не веря своим глазам: пара пожирателей пробиралась совсем рядом, между ног сестер Робинсон. Она едва могла побороть отвращение при виде их в таком месте, где поклонялись Богу, где не должно быть порождений мрака. Она в ужасе оглядывалась по сторонам: пожиратели свисали с потолка, просачиваясь в трещины, гроздьями висели на канделябрах, спрыгивали с фресок и колонн. Желтые глаза пялились на нее отовсюду. Сердце девочки учащенно забилось. Никто, кроме нее, не видел пожирателей. Но ей от этого было не легче. Ей было просто не вынести этого зрелища. И что они делают в церкви? В ее церкви! Что привело их сюда? Несмотря на прохладу в святилище, ее кинуло в жар. Она обернулась на деда, но тот был поглощен происходящим, распевал гимн.

Тогда она повернулась, ища глазами Джона Росса.

Джон Росс увидел пожирателей в тот же момент, что и Нест. Но, в отличие от девочки, Росс знал, что происходит. Лишь появление демона заставило собраться такое количество пожирателей — появление демона и его самого, поправил он себя. И появление это, если обратиться к прошлому, было предсказано. Ему не следовало приходить сюда, в это священное место. Он поддался слабости, желая хоть немного облегчить груз одиночества, делавший его жизнь невыносимой. Лучше бы он отклонил предложение Роберта Фримарка и остался в своем номере в отеле. Он поддался охватившему его чувству по дороге в заведение Джози. А зря.

Ему хотелось оставаться спокойным, чтобы не терять контроль за происходящим. Его посох был прислонен к скамье рядом с ним, и первым импульсом было схватить его и приготовиться к битве. Но пока он не мог обнаружить своего врага, не мог его идентифицировать, даже если тот и явился сюда, прячась среди прихожан.

Пожилая леди, сидевшая в нескольких метрах от него, взглянула на него и улыбнулась. Он понял, что перестал петь. Заставил себя улыбнуться в ответ и возобновить пение. Поднял трость и оперся на нее, словно нуждаясь в поддержке.

А потом он обернулся и за головами прихожан увидел, что Нест Фримарк отчаянно смотрит на него. Он серьезно ответил на ее взгляд, давая понять, что заметил то же, что и она. В глазах девочки был виден ужас, и Джон понимал, чем этот ужас вызван. Он легонько покачал головой. Ничего не делай, как будто предупреждал он ее. Оставайся на месте. Будь бдительна.

По глазам девочки он увидел: она все поняла. Но не знает, сможет ли сделать то, о чем он просил. Он уже собрался было подойти к ней, но как это сделать, не привлекая внимания? Гимн допели, и все прихожане снова сели. Он скользнул взглядом по собравшимся, пытаясь определить, есть ли среди них демон. Священник зачитывал цитату из Священного Писания. Пожиратели скопились вокруг его ног — темные тени, сделавшие алый ковер темным, словно залитым чернилами. Священник закончил чтение и продолжил церковные объявления. Джон Росс почувствовал, как его бросило в жар. Мне нельзя здесь оставаться. Я должен уйти.

Хор встал, чтобы исполнить песнопение, и Джон Росс оглянулся на Нест Фримарк. Нест сидела на краешке сиденья рядом с дедом, лицо ее было бледным и измученным, тело — напряженным. Глаза так и бегали, следя за передвижениями пожирателей. Несколько тварей уже подбирались к ней, проскальзывая между ногами прихожан словно змеи.