Я пожал плечами.

– Если им это удастся, это выведет Белую Коллегию из нынешнего, близкого к нейтральному состояния. Переведет их в ряды союзников Красных. Они объявят открытым сезон охоты на людей вроде Анны, и на протяжении нескольких следующих лет мы будем иметь несколько десятков тысяч без вести пропавших и самоубийств.

– Большей части которых власти просто не заметят, – тихо заметила Анна. – И так ведь сколько людей пропадает без вести. Что такое несколько тысяч в масштабе всей страны?

– Статистика, – сказал я.

Она помолчала.

– А что потом?

– Если вампирам удастся действовать достаточно скрытно, война обострится. Совету придется рассредоточить и без того немногочисленные силы. И если ничего не изменится… – я пожал плечами. – Мы проиграем. Сразу, или через пару десятилетий… рано или поздно, но проиграем.

– А потом, – настаивала Мёрфи. – Если Совет проиграет войну?

– Тогда… что ж, тогда вампиры смогут делать почти все, что им заблагорассудится, – ответил я. – Они захватят власть. Красная Коллегия завладеет теми регионами, где и без них царят хаос, коррупция и нищета. Они переберутся из Центральной Америки в Африку, на Ближний Восток – во все те места, по которым потоптался в свое время Сталин, и которые до сих пор не оправились до конца. Бедные регионы Азии, конечно. Ну, и потихоньку будут завинчивать гайки. Белая Коллегия распространится в те места, которые считают себя цивилизованными, просвещенными, и которые не верят в сверхъестественное, – я пожал плечами. – Вы, ребята, окажетесь предоставлены самим себе.

– Ребята? – не поняла Мёрфи.

– Люди, – пояснил я. – Нормальные, живые люди.

Мыш чуть сильнее прижался башкой к моему башмаку. Наступила тишина, только я кожей ощущал на себе взгляд Мёрфи.

– Да ладно, Кэррин, – сказал я, подмигнул ей и устало поднялся на ноги. – Пока я жив, этому не бывать.

Мёрфи тоже встала.

– У тебя есть план действий, – заявила она.

– У меня есть план действий.

– Что за план, Гарри?

Я сказал.

Некоторое время она молча смотрела на меня.

– Ты с ума сошел, – сказала она.

– Мысли позитивнее, Мёрф. Ты называешь это сумасшествием. Я называю непредсказуемым.

Она пожевала губу и мотнула головой.

– Нет у меня более положительных эпитетов, нежели «безумный».

– Ты в игре?

Мёрфи напустила на себя обиженный вид.

– У тебя хватает наглости спрашивать?

– Ты права, – кивнул я. – О чем я только думал?

Мы вышли вместе.

Глава ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Я встал поздно: пришлось готовиться к тому, что, как я надеялся, поможет мне убрать Мадригала и его дружка Мальвора, и тем самым положит конец борьбе за власть в Белой Коллегии. После чего, возможно, в моих силах будет обращать воду в вино и ходить по воде… впрочем, с формальной точки зрения последнее я уже проделал накануне.

Покончив с приготовлениями, я дотащился до кровати и уснул – не слишком надолго. Слишком много снов снилось о том, что может пойти не так.

Я рылся в леднике в поисках чего-нибудь на завтрак, когда Ласкиэль снова явила мне свой образ. Как-то подавленно она себя вела, и в голосе ее мне померещилось нечто, чего я слышу в нем очень и очень редко: неуверенность.

– Ты думаешь, она вообще способна измениться?

– Кто?

– Твоя ученица, конечно, – ответила Ласкиэль.