– Привет, мальчики!

За одно такое обращение хотелось прибить.

Но Волчков и Зябликов не разделяли неприязни Брюта к Шуре и радостно помахали в знак приветствия.

– Говорят, у вас нечисть одурела. – Шура улыбнулась. – Чем могу помочь?

Брют мысленно досчитал до трёх, сделал непроницаемое лицо и сказал:

– Появился всякий-разный, который может вселиться сразу в несколько тел. Так как мы все единый рой, то, если в кого-то из Стражи нечисть вселится, можно ставить крест на всей организации. Нужен тот, кто будет страховать.

– Я это уже спрашивала, но повторюсь. – Шура смотрела на Брюта сверху вниз. – А чего вы знатков не попросите? Выкинуть нечисть из чужого тела может не только столетница или Стража.

– Мы не привлекаем к такому людей. – Брюту понадобилось всё его самообладание, чтобы не наброситься на Шуру. – Знатки способны устранить нечисть куда ниже рангом. И не стоит забывать, что любое сильное колдовство сжигает человека. А знатки прежде всего люди.

Шура ничего не ответила. Подошёл Як.

– Ну что, готовы поставить на место очередную выскочку? – Босс улыбался.

Команда синхронно кивнула.

Традиционно вся ерунда с нечистью творилась где-то на окраинах города, куда люди приезжали по большей части отдохнуть и поспать. Оживлённый центр давно перестал привлекать кикимор и аук. Во-первых, их там проще всего засечь, а во-вторых, концентрация знающих гораздо больше, чем в спальном районе.

На этот раз неспокойно было на западе, недалеко от железной дороги. Здесь затеяли реконструкцию старого здания, проще говоря, одно снесли, другое строят. И как оказалось, снесли облюбованную местной хтонью будку.

– Кого мы ожидаем увидеть? – спросил Як, когда Стража подходила к месту.

– Лихорадку-знобею, – ответил Брют.

– И ради этого меня вызвали? – возмутилась Шура. – Сами не можете справиться с какой-то болячкой? Могу подсказать народное средство.

– Если бы всё было так просто, – холодно заметил Як, – мы бы не обращались к столетницам. Вроде Брют вначале объяснял, что к чему.

Шура раздражённо дёрнула плечом.

– Сама по себе знобея не то чтобы какая-то шибко опасная тварь, – продолжил Як. – Но если ей подсказать, то сожрёт тебя лихорадка. Ничего сделать не сможешь. А этой подсказали, как разом несколько тел сжирать.

– Какое извращение, – пробормотала под нос Шура.

Рабочих нигде не было видно, как и других людей. Но Стража на всякий случай поставила охранный знак, чтобы никто лишний не совался.

Шура оглядывалась по сторонам, явно нервничая.

– Что? Первый раз? – улыбнулся Зябликов.

– Я уже третий круг столетница, – фыркнула Шура.

Брют медленно двигался по стройке. Уже успели сделать новый фундамент и наварить прутья для каркаса. Где-то внутри этой конструкции сидел сгорбленный человек и истошно кашлял.

– Эй! – крикнула ему Шура. – Вы лихорадку не видели?

– Ты чего голосишь?! – осадил её Брют.

Человек поднял отёкшее от соплей лицо и что-то хотел сказать, но слова с бульканьем и слюной выплеснулись изо рта и потонули в новом приступе кашля. Человек поднялся, хватаясь за прутья, что-то ещё хотел сказать, но не смог.