– «Форд» имеет право защищать свою собственность. И то, что твой босс сдался и позволил организовать у себя профсоюз, не означает, что все последуют его примеру.

– Мистер Хардеман полагает, что рано или поздно вся отрасль будет охвачена профсоюзным движением.

– Это он так думает, – хмыкнул отец. – Завтра он поймет, что это не так, – отец допил пиво. – Почему ты в городской одежде?

– Я работаю вечером. После обеда мистер Хардеман проводит у себя заседание исполнительного комитета компании. Я буду вести протокол.

Отец усмехнулся.

– Неудивительно, что ты пользуешься теперь служебным автомобилем. В последнее время тебе часто приходится работать ночью.

Мелани не ответила.

– А где мать?

– Придет через пару минут. Спустилась к миссис Макманус.

Отец взял новую бутылку пива и уселся на стул напротив Мелани. В голосе появились доверительные нотки.

– Ты можешь сказать своему старику. Он в этом разбирается. Что там происходит между тобой и Номером Один?

– Ничего.

Отец открыл бутылку.

– Ничего. Ты слишком умная девушка, чтобы твой папочка в это поверил, – он глотнул пива. – Как и в то, что у тебя ничего не было и с Джо Уорреном.

Мелани не ответила.

– Я все об этом знаю, – продолжал он. – И не виню тебя. Если б не ты, сотня девиц с удовольствием ухватились бы за этот шанс.

Мелани почувствовала, что краснеет. Встала.

– Откуда у тебя такие грязные мысли?

Отец расплылся в ухмылке.

– У «Форда» со мной работает один парень. Раньше он был телохранителем у Джо Уоррена. Его зовут Майк.

Помнишь его?

Лицо Мелани уже горело, она обмерла.

– Он не знает, что ты – моя дочь. Имена ничего для него не значат, он их пропускает мимо ушей. Но он помнит, как однажды привозил девушку в больницу к Джо Уоррену. Он также помнит, что она там делала, – отец опять выпил пива. – Так что не след тебе изображать со мной мисс Невинность, не ожидай, что я тебе поверю. Такие девушки, как ты, не получают служебных машин и пятьдесят долларов в неделю только за то, что печатают распоряжения босса.

Она попыталась ответить, но слова застряли у нее в горле.

Отец расхохотался.

– Я просто думаю, что ты продаешь себя слишком дешево. Номер Один известен тем, что не экономит на своих бабах. Майк говорит, что он трахал собственную невестку, а потом дал ей миллион долларов, чтобы та спокойненько разошлась с мужем в прошлом году и не слишком разевала рот.

Мелани резко развернулась и убежала в свою комнату. Захлопнула за собой дверь и расплакалась. А сквозь тонкую стену до нее долетал смех отца.

Вернувшись домой, Лорен нашел на столе в библиотеке письмо. Он узнал почерк на конверте, волнистую линию под словом «Лично». Взял его. Отправили письмо из Нью Йорка, двадцать третьего мая.

Серебряным ножичком Лорен вскрыл конверт. Последний раз он получил от нее весточку более года назад.

С той поры они договорились более не видеться. У него возникло предчувствие, что он знает содержание письма.

И он не ошибся.

«Дорогой Лорен!

Давным давно ты сказал мне, что я не из тех женщин, которые могут жить в одиночестве, и придет день, когда я встречу мужчину, которого полюблю, но я тебе не поверила. Если помнишь, я ответила, что тебе легко говорить. Ты – мужчина и знал много женщин, возможно, по своему любил их. Я также сказала, что со мной все будет иначе, и я скорее всего уже не полюблю другого мужчину.

Я ошибалась, и ты знал это с самого начала. В следующий вторник я выхожу замуж за капитана ВМС Хью Скотта. Он командует авианосцем, базирующимся в Пенсаколе, штат Флорида, где мы и будем жить.