– Я знаю. Вокруг так и кишат фотографы, пытаясь сделать снимок нового автомобиля. Они даже летают над полигоном на вертолетах, оснащенных камерами с телескопическим объективом.

– И что им удалось урвать?

– Нашего – ничего. Но они в достатке сфотографировали «вег», «пинто», «гремлинов». Может, даже «маверик» и «нову».

Номер Один хохотнул.

– Это их раздражает. Сколько машин проходит полевые испытания?

– Тридцать одна на дорогах Запада и Юго Запада.

Восемь на полигоне плюс шесть без камуфляжа. Но на последних мы ездим только ночью.

– Похоже, все идет нормально. Когда ты намерен определиться с конструкцией?

– Через семь восемь месяцев, – ответил Анджело. – В сентябре или октябре.

– То есть на осенние выставки мы не попадаем.

– Это точно. Но я думаю, мы успеем к весеннему нью йоркскому автосалону. Тут мы можем даже выгадать. Остальные покажут модели семьдесят второго года, уже запущенные в производство, мы же выйдем с первой моделью семьдесят третьего года.

– Мне это нравится, – тон Номера Один изменился. – Тут с тобой хотят поговорить.

Трубка перешла из рук в руки.

– Когда вы позволите мне приехать и сесть за руль вашего нового автомобиля? – спросила Бетси.

– Когда мы закончим испытания, мисс Элизабет.

– К чему такая официальность, Анджело. Я рассказала прадедушке о той ночи, когда я пришла к вам в отель.

Анджело рассмеялся.

– Надеюсь, вы рассказали ему и о том, что я отвез вас домой.

– Да, и он пожелал узнать, почему.

– К примеру, потому, что вам только исполнилось восемнадцать.

– Именно в таком возрасте моя прабабушка вышла замуж. Подумайте об этом. Такие девушки, как я, недолго остаются на свободе.

– Может, дело в том, что я не из тех, кого легко обженить, – вновь рассмеялся Анджело.

– После свадьбы моего отца я уеду к тете в Европу. Вы знаете, какие там мужчины.

– Знаю, – улыбнулся он. – Надеюсь, вы тоже.

– Вы все еще принимаете меня за ребенка. Даже если вы ходили в школу с моей мамой, это не означает, что я слишком молода для вас.

– У меня и мыслей таких нет. Просто я очень старомоден. И по прежнему считаю, что предложение должен делать мужчина.

– Хорошо. Так попросите меня.

– Сейчас не могу, – Анджело опять рассмеялся. – Мне надо строить автомобиль.

В дверь телефонной будки постучали.

– Одну минуту, – сказал он Элизабет и приоткрыл дверь.

– Мистер Перино? – осведомился помощник шерифа.

– Да.

– Это вам, – и передал Анджело конверт, из которого тот извлек какой то документ, адресованный ему, Дункану и «Вифлеем моторс».

Из этой бумаги, подписанной судьей, следовало, что им запрещено выпускать на дороги штата Вашингтон экспериментальные автомобили, оснащенные газотурбинным двигателем. Анджело поднял голову, но помощник шерифа уже ушел.

– Передайте трубку Номеру Один, – попросил он Бетси.

– Что нибудь случилось? – озабоченно спросила она.

– Да, – резко ответил он. – Передайте трубку.

– В чем дело? – эхом отозвался Номер Один.

– Я только что получил решение судьи, запрещающее нам использовать автомобили с газовой турбиной на дорогах штата Вашингтон.

– Что? – изумился Номер Один. – Да как они могли это сделать?

– Как – не знаю, но они это сделали, – свободной рукой Анджело выудил из кармана сигарету.