— Игорь, выручай, — агрессивно пискнула она.

— Марго, прекрати.

— Миленький, ну выручай, а? Ты же актер. Наверняка, халтурил на утренниках, и не раз.

— Я с детьми не работал.

— А теперь поработаешь. Не работа, а малина. Нам по полторы тысячи в час заплатят. Поработаешь два часа — заработаешь три тысячи, разве плохо?

— Да хоть сто тысяч. Хватит, это не смешно.

— А кто смеется? Мне, между прочим, не до смеха. Если я свое агентство подведу, оно ко мне вообще больше обращаться не будет. Ну, хочешь, я тебе из своего гонорара еще добавлю?

— Да не надо мне ничего, — взбунтовался он. — Не пойду я.

— Родненький, мне же идти больше некуда. Митя, скотина, слег, остальные все на этот день уже расписаны. Заказ сорвется, агентство меня пошлет куда подальше. Я ж на одну пенсию не проживу. Придется только хлеб жрать.

Этого он вынести уже не смог. В его глухой обороне образовалась брешь.

— А ничего, что мы с тобой разного роста? — спросил он.

— Ничего — мы будем маленький клоун и большой клоун. В этом даже что-то есть, — Марго, ухватившись за эту его слабину, ринулась в бой с удвоенным рвением. — Мы все чудесненько с тобой обстряпаем — загримируем тебя под рыжего — паричок, носик накладной, красные щечки. Будешь самым распрекрасным в мире клоуном. Костюмчик я тебе в цирке возьму, нормального размера. И понеслась — «весь вечер на арене цирка неподражаемый клоун Игорь!».

— Я даже и не знаю, — я всего пару раз халтурил клоуном. Ну, в институте нам преподавали клоунскую технику и пантомиму, но, если честно, это не самое мое сильное место, — по инерции продолжал защищаться он, но битва была уже проиграна.

Марго праздновала победу, и великодушно решила подбодрить проигравшего:

— Не волнуйся — я же не в цирк тебя тащу. Это же праздник для пятилетних детишек, — они всему поверят. Ну, проведем пару конкурсов — кто выше прыгнет, лопнем несколько шариков, попросим их почитать стишки. И все, дело в шляпе. Потом они есть начнут, и мы час вообще отдыхать будем. Я же говорю — не работа, а удовольствие. Три часа ничегонеделания. Развлечь малышню — это раз плюнуть.

— А родители ребенка не раскусят, что я непрофессиональный клоун?

— Я тебя умоляю. Они вообще ничего в этом не смыслят. Люди просто устраивают для своей дочери праздник в честь дня ее рождения, и, чтобы быть не хуже остальных, заказывают ей клоунов на вечер. Для них, если актер в парике и комбинезоне, значит, уже — клоун. Я все про них разузнала — они довольно приятные и небедные люди, живут в Комарово. В семье один ребенок. Детей на день рождения приглашено человек десять. Уверяю тебя, мы прекрасно проведем время.

— Что-то я сомневаюсь, Марго.

— Ну, что тебе не нравится?

— Мне все нравится. Кроме одного — что все это происходит со мной.

— Не волнуйся, ты же не один туда идешь. Если что-то не будет получаться, я тебя прикрою. К тому же есть нюанс — когда ты халтуришь на празднике, то зрители на тебя смотрят сытые, и, к тому же — за бесплатно, а, значит, они — добрые. За чужие денежки искусство воспринимается более благосклонно.

Весь следующий день его не оставляло ощущение, что над ним вершат насилие, лишив его при этом права высказывать недовольства и сомнения. Марго выполнила свою угрозу, и, вернувшись из города, привезла довольно сносный клоунский комбинезон, который был ему чуть велик, и грим, напоминавший акварельные краски.