– Ты не улетай так далеко! Постарайся не отвлекаться!

– …обычно в такой день люди дарят друг другу подарки, говорят пожелания. Я уверен, что многие из вас уже порадовали своих близких. В отличие от меня…

Раздался легкий смех, который тут же затих, словно волна, набежавшая на берег, схлынула обратно в море.

– Хочу исправить одну оплошность, которая возникла с одним из моих верных слуг государевых. Когда человек рискует своей жизнью ради спасения других, это достойно уважения и награды. Поэтому повелеваю…

Император слегка обозначил поворот головы, и стоящий за ним чиновник сделал два шага, и благоразумно оставаясь за плечом сюзерена, отточенным движением раскрыл папку, и зычно, подобно глашатаю на площадях средневековых городов, стал читать:

– Волею самодержца государства Русского за исключительное самопожертвование и выполнение секретного поручения во время специальной операции на территории дружественных нам народов Балкан дворянину Назарову Никите Анатольевичу, Генштаба русской армии лейтенанту, боевому волхву стратегического запаса присваивается внеочередное звание «капитан» с награждением «Звезды Сварога»…

Никита призадумался, не обращая внимания на пронесшийся по залу гул голосов. Награда, конечно, нашла своего героя, как любят пошутить в обществе. Но почему озвучена причина, по которой ему дают звание и «Звезду Сварога»? Да еще с привязкой к месту? Это же операция за пределами страны!

Потом дошло. Если бы награждение прошло в узком кругу, там никто не стал бы заморачиваться с интерпретацией. Но здесь присутствует большая часть дворянства Петербурга, и обычным перечислением плюшек не обойтись. Возникнут вопросы: а за какие заслуги? А! Назаров же родственник императорской семьи через удачную женитьбу! Все понятно!

Меньшикову важно обласкать Никиту именно так, облекая бесцветные формулировки в красочную упаковку. На потребу общества, чтобы никаких вопросов не возникало впредь.

Он увидел, что стоявшие перед ним люди расступились, и Никите ничего не оставалось, как выйти на середину зала и остановиться напротив императора. Откуда то появился офицер в парадном кителе, передал Меньшикову серебряный поднос с лежащей на нем алой наградной коробочкой. Александр Михайлович с добродушной улыбкой вручил ее волхву, не раскрывая. На гражданский костюм боевые ордена не вешают.

Меньшиков едва заметно подмигнул Никите, крепко пожал руку и произнес подобающие к случаю слова, поздравляя с наградой. Вернувшись в толпу гостей, Никита не стал пробираться к женам, посчитав, что это будет выглядеть неуместно.

– … учитывая гражданскую активность и вклад в развитие техномагической медицины, а также военных разработок, поставляемых в русскую армию, в совокупности с другими полезными деяниями, – продолжал «глашатай», немало удивив Никиту, – повелением Его Императорского Величества дворянину Назарову Никите Анатольевичу жалуется баронский титул с правом наследования по мужской линии! Указ следует считать правомерным к исполнению от декабря двадцатого числа сего года.

Строгий голос «глашатая» замолк, папка аккуратно закрыта. А потом грянули овации, к Никите потянулись гости с поздравлениями. Немного ошарашенный и растерянный, он сначала попал в объятия своих красавиц, жарко целующих его в обе щеки; потом крепкое рукопожатие Великого князя Константина, старающегося не улыбаться снисходительно и покровительственно, потом снова объятия, но уже от княгини и эмоциональной Кати.

Те, кому подобные изменения в статусе «вологодского отшельника» оказались неприятны или безразличны, вернулись к веселью, шампанскому, водке и закускам. Остальные же прочувствовали момент и старались закрепить свои дружеские чувства искренними поздравлениями.