|
Слышался скрип деревьев, шорох. Иногда казалось, что темные тени скользят меж деревьев, но, когда пытались окинуть взглядом то место, которое вызывало это ощущение, видели лишь плотную стену зелени. Что происходило там, около упавшего вертолета? Ведь едва они отошли от него, едва плотная стена деревьев закрыла от них разбитую машину, они услышали звуки автоматных очередей. Там завязался бой и, чем он закончился, они не знали. Первое желание было вернуться на помощь спецназовцу, но оба пилота понимали, что операцию проводит спецназ военной разведки и поэтому приказы лучше выполнять. Парень знал, что делал, когда приказывал им уйти.
День клонился к вечеру, и густой лес, казалось, сжимал их плотнее в своих объятиях. Они пробирались сквозь труднопроходимые заросли, ветки безудержно цеплялись за одежду, словно пытаясь удержать их, не позволить вырваться на свободу. С каждым шагом усиливалась гулкая пульсация в голове, отбивая ритм сердца, бушующего от напряжения и усталости. Преодолев очередной крутой склон, измотанные, они оглянулись. За спиной простирался величественный лес, играя всеми оттенками зеленого цвета. Дальше оставался лишь неведомый путь вперед. Лес держал их в своих тисках, но вопреки всем трудностям каждый шаг укреплял желание добраться до цели. «Дойдем», – шептали друг другу измученные люди.
– Поднимай «птичку», – с хрипом выдохнул Меркулов, сбавляя шаг и быстро осматриваясь на подходящей для взлета дрона поляне. Забрав рацию у Родина, командир жестом приказал ему осмотреть окрестности. Золотарев стал раскладывать на траве чемоданчик с дроном-наблюдателем. Через несколько минут аппарат был готов к полету над лесом. – Гнездо, я Филин, – передал Меркулов в эфир. – Иду по азимуту девяносто пять градусов. Потерял след. Что видно с вертушек? – Филин, я Гнездо, – тут же ответил оператор. – Информации нет. Сплошной лес, вертушки ничего не видят. Густота леса увеличивается в этом направлении. Командование приказывает снять воздушное наблюдение и выводит технику на предполагаемые направления движения объектов, устраивает засады. Какая вам нужна помощь? – Пока никакая, – недовольно ответил Меркулов, но тут же поправился и ответил более четко: – В помощи не нуждаюсь. Ищу след, буду двигаться дальше. Какая информация с борта тридцать шесть восемнадцать? – Тридцать шесть восемнадцать на связь не выходит, на базу не вернулся. Золотарев, глядя на экран и управляя джойстиками, слышал переговоры, но никак на них не отреагировал. Хотя боец понимал, что означают слова «на связь не вышел, на базу не возвращался». Это означало в данных условиях, что вертолет упал. А падать вертушке на лес – дело скверное. Обычно люди не выживают. Вернувшийся Родин сложил пальцы кольцом, показывая, что вокруг все нормально, признаков противника нет. Увидев, что командир занят вместе с Банкиром коптером-разведчиком, он остановился поодаль, встав на одно колено и взяв наизготовку автомат, стал осматриваться. Сейчас его задачей было охранять группу. Прошла половина дня, вечерело. За спиной, судя по всему, осталось не менее пятидесяти километров. Пока был след, они шли по лесным дорогам, по редколесью, и спецназовцам удавалось держать приличную скорость передвижения. Они двигались почти бегом все это время. Но где-то пропал след автомашины. Местность не позволяла ехать напрямик через лес, значит, террористы бросили машину, но вряд ли они пойдут пешком. Или у них здесь припрятан другой транспорт и у них все идет по плану, или что-то случилось, планы нарушились и теперь у преследуемых большие проблемы. – Ничего, только сплошное зеленое море, – проворчал Банкир. – Поднимись повыше и осмотрись, – приказал Меркулов. |
