Я связал ее запястья вместе, оставив болтаться кусок веревки примерно в фут длиной.
Не отвечая, я сгреб рабыню, перенес через порог в дом и поставил на ноги возле стены.
— Зачем ты внес меня в дом, словно захваченную добычу? — снова удивилась она.
Отодвинув засов, я открыл дверь сразу после того, как отослал мисс Хендерсон за покупками. Теперь мы Лолой оставались в доме одни.
Рабыня взглянула на меня и повторила:
— Моя рабская доля будет легкой.
— Встань здесь, — приказал я и поместил ее под крепкой потолочной балкой.
— Из меня выйдет плохая рабыня, — сказала Лола.
Я высвободил цепь, пропущенную через балку, опустил на ней широкое, примерно шести дюймов в диаметре, стальное кольцо.
— Знаешь, что это такое? — спросил я.
— Я рабыня, — промолвила она.
— Отвечай, если тебя спрашивают.
— Конечно знаю. Это кольцо для порки.
— Правильно!
Свободным концом веревки я привязал ее связанные запястья к кольцу.
— Что ты делаешь? — спросила Лола, недоумевая.
— А ты как думаешь?
— Собираешься взять меня на испуг, — недоверчиво произнесла она. — Не можешь же ты в самом деле…
Не произнося ни слова, я подтянул цепь, так что ее руки оказались поднятыми высоко над головой.
— Еще как могу.
— Из меня выйдет плохая рабыня, — снова промолвила она и неожиданно вскрикнула, почувствовав боль.
— Это мы еще посмотрим, — сказал я.
— Развяжи меня, — попросила Лола, морщась от боли.
Я подтянул цепь еще на четверть дюйма и, зацепив звеном за крюк, закрепил в этой позиции.
— Отпусти меня!
Я обошел вокруг рабыни и остановился лицом к ее лицу.
— Ты чувственна, — сказал я, — думаю, из тебя выйдет превосходная рабыня.
— Отпусти меня! — повторила она, извиваясь в путах.
— Да, превосходная, — повторил я, после чего зашел сзади.
— Тебе меня не испугать, — заявила Лола. — Я прекрасно знаю, что ты слишком слаб. Землянин не годится для того, чтобы принудить рабыню к повиновению.
— Помнится, давным-давно, в Доме Андроникаса, ты приказала меня высечь. Будучи свободной женщиной, занятой обучением рабов, ты намеренно разлила вино, а потом обвинила меня, чтобы я понес наказание.
Она не ответила.
— За это ты со мной так и не расплатилась. Ты моя должница.
— Должница?
— Именно.
— Но не забывай, ты ведь с Земли.
— Ах, да, — сказал я, — мужчины с Земли никогда не заставляют женщин расплачиваться. Женщина может унижать мужчину, насмехаться над ним — и все это совершенно безнаказанно. Так?
— Так! Именно так!
— Но не всегда, — сказал я. |