– Голоса демонов откуда слышатся?

– Так-то они в голове, но слышатся из живота.

– А зачем же ты вещи повыбрасывал?

– На них колдовство, их нельзя было в доме держать, иначе я к богу не попаду. Меня ещё ангелы замучили…

– Ты же говорил про демонов.

– Ну да, есть и демоны, и ангелы. Ангелы в людей вселяются и мне сигналы передают. Но мне же надо к богу, а не к ангелам.

– Ян, ты работаешь?

– Не, сейчас нет.

– А раньше работал?

– Да, объявления расклеивал, потом курьером.

– Почему же ты не работаешь?

– Не знаю, чего-то страшно, я весь на нервяке.

– Ну тогда поехали в больницу. Ты там уже бывал, от нервяка полечишься и от демонов.

– А может после Нового Года?

– Нет, так нельзя. Давай, Ян, собирайся. Соберите ему, пожалуйста, всё для больницы, – попросил я бабушку.

Шизофрения у Яна никаких сомнений не вызывала и была видна невооружённым взглядом. Однако такой диагноз, даже официально подтверждённый, мы не вправе ставить основным, на первое место. Поясню, что «мы» – это «скорая помощь», и если всё же так сделаем, то страховая компания вызов попросту не оплатит. Вот поэтому и выставил я основным диагнозом острый галлюцинаторно-бредовый синдром.

А дальше нам обед разрешили. Из-за забытой дома еды я ничуть не расстроился. И даже обрадовался. Ведь это был законный повод наестся всяких вкусных вредностей типа «бич-пакета» и сухого пюре с сухариками. Всё это я благополучно купил по пути на Центр.

Обед получился поистине великолепным и принёс чувство полного удовлетворения. А после нам вновь позволили принять горизонтальное положение. Однако через часик планшет запиликал: травма головы с кровотечением, рвота у мужчины тридцати семи лет.

Открыла нам злющая-презлющая молодая женщина:

– Проходите, свинья вас ждёт! – сказала она звенящим голосом. – На корпоративе ужрался и башку разбил! Пришёл с пустыми карманами, без телефона, без денег, без карточек. Да ещё и облевал всю квартиру!

Болезный в брюках, джемпере и уличной обуви сидел на диване, слегка опустив голову со слипшимися от крови волосами. Светлый палас был залит кровью и обильным, весёленько-разноцветным содержимым желудка. Видать, чадо салатиков накушалось.

– Здравствуй, уважаемый! Рассказывай, что случилось!

– Эээ… Ничё, всё <зашибись, распутная женщина>! – ответил он заплетающимся языком.

– А голову-то где разбил?

– Чё? Ничё я не разбивал, ты гонишь, что ли?

В этот момент в комнату вошла его супруга со шваброй в руках и уже замахнулась, нацелившись в многострадальную голову. Однако фельдшер Герман быстро перехватил орудие возмездия, не позволив совершиться расправе.

– Ты где был, <…>?! – приступила она к допросу. – Чего было, помнишь или совсем мозги пропил?

– Да ладно, чё ты, всё нормально же! – ответил он.

– Чего нормально? Тебя ограбили, что ли?

– Не, не, всё путём!

– Всё, никакого тебе Нового Года! Я завтра лягу спать в десять, а ты вали куда хочешь!

Этот скандал мог затянуться надолго, а потому мои парни мягко вывели её из комнаты.

В теменной части была ушибленная рана неправильной формы. А кровотечение, к счастью, уже остановилось. После обработки медбрат Виталий наложил аккуратную повязку в виде шапочки.

Пострадавший, несмотря на наши активные уговоры, наотрез отказался ехать в травмпункт.