– За помощью никуда не обращались?

– Нет, меня это всё редко беспокоило и проходило быстро.

Решающее слово оставалось за кардиограммой. Правда, слово это оказалось нехорошим: острый нижний инфаркт миокарда, осложнённый АВ-блокадой 2 степени типа Мобитц 2. Если сказать проще, то имело место нарушение проведения электрических импульсов от предсердий к желудочкам. А потеря сознания возникла оттого, что сразу несколько подряд импульсов к желудочкам так и не дошло.

Состояние больного было тяжёлым. Шутка ли, ведь сердце страдает не только от недостатка кровоснабжения, но и от серьёзного нарушения ритма. В итоге пострадавшим является не отдельно взятое сердце, а весь организм в целом.

Давление низкое, чёрт его дери, с наркотиком прямо сходу не сунешься, иначе вообще рухнет к такой-то матери. В общем, давление сначала подняли до более-менее приемлемых цифр и уже после этого всё остальное сделали.

Когда мы уже заканчивали оказание помощи, пришёл мужчина в рабочей одежде и, отозвав меня в сторону, спросил:

– Здравствуйте, я – мастер цеха. Что с ним такое?

– Ничего хорошего. Инфаркт плюс АВ-блокада. Сейчас в областную повезём.

– Значит, он теперь долго не выйдет?

– Да, долго. А может и вообще не выйдет, ему же физический труд будет противопоказан.

– Эх, ё! А от чего это всё? Он на больничном-то был всего один раз, когда палец сломал.

– Скорей всего, из-за высокого холестерина и крови сильно густой. Но это просто предположения.

Эх и издёргался я по пути в стационар! Ведь от такой патологии можно ожидать что угодно, в том числе и внезапную смерть. Но, к великому счастью, всё закончилось благополучно.

Далее нас вызвали на ДТП к мужчине тридцати девяти лет. Ехать предстояло далеко, за город, а потому возмущению моему не было предела. Ещё бы, вызов экстренный, но за двадцать минут никак не доедешь. Поэтому взялся я за рацию:

– Центральная!

– На приёме.

– Это шестая. Надежд, ты дала нам срочный вызов, но мы далеко находимся. Передай его на третью подстанцию, им же ближе!

– Не могу, третья сегодня закрыта, там электричество отключили, все бригады по другим подстанциям раскидали. Самые ближайшие только вы.

– Ладно, всё понял.

– Спасибо, Юрий Иваныч!

Место ДТП находилось рядом с областной психиатрической больницей. Гаишники уже работали, человек восемь зрителей, подобно оцеплению, выстроились шеренгой на обочине. Пострадавший лежал на мокром грязном асфальте у края проезжей части. К счастью, был он в сознании. Быстренько загрузили его в машину, и прежде чем осматривать, я сперва порасспрашивал:

– Что вас сейчас беспокоит?

– Вот тут всё болит, – показал он на нижнюю часть живота и область таза. – И правая нога болит, наверно, сломал.

– Ноги можете выпрямить?

– Нет, больно.

– А вы их чувствуете?

– Да.

Когда стали выяснять паспортные данные, он сообщил, что в настоящее время лежит в четвёртом отделении психиатрической больницы и во время прогулки решил сходить в магазин. Это бывшее отделение неврозов, а ныне – психотерапевтическое. Лечатся там люди вменяемые, без психозов, а потому и режим достаточно свободный. Ежедневно они могут гулять без присмотра, но выход за территорию им запрещён. В общем, пострадавший не только себе нашёл беду, но и работников отделения подставил. Теперь, как водится, всех напропалую накажут, особо не разбираясь в виновности-невиновности.

Диагностировал я много всего: перелом костей таза, под вопросом ушиб правого бедра, гемоперитонеум 2-й степени и травматический шок 2-й степени.