После прочтения кардиограммы, я продолжил расспрос:

– Людмила Васильевна, а ведь сердце-то у вас потрёпанное. У кардиолога наблюдаетесь?

– Да, давно, я в сорок лет миокардит перенесла, а потом ещё и стенокардия появилась.

– Раньше такие состояния были?

– Слабость-то у меня давно, и давление всегда низкое, и голова кружится. Но так плохо, как сейчас, никогда не было.

Ввели Людмиле Васильевне а***пин, зарядили капельницу и в стационар свезли безо всяких приключений.

Следующим вызовом была перевозка мужчины тридцати трёх лет из ПНД в психиатрический стационар.

Автором направления был молодой, незнакомый мне доктор.

– Там псевдоневротическая шизофрения, – пояснил он. – У нас давно под наблюдением. Он полностью сосредоточен на изучении советской экономики, круглосуточно этим занимается. Больше ничем не интересуется, за собой не следит, стал как БОМЖ.

– Он сам обратился?

– Нет, мать привела. Но он согласен на госпитализацию. Ладно, идите, забирайте. Они в коридоре сидят, сразу увидите, ни с кем не спутаете.

Да уж, нашего пациента действительно нельзя было спутать ни с кем. Был он высоким, крупным, с глубоко посаженными глазами, обрамлёнными большими тёмными кругами. Однако выделяли его не только описанные черты, но и крайняя неопрятность. Небритый, с длинными спутанными сальными волосами, источающий вонь немытым телом, он действительно напоминал БОМЖа.

Проводили мы их в машину, и там я с ним побеседовал.

– Данил, что вас сейчас беспокоит?

– Ничего такого, просто сильно устал. Я должен изучить советскую экономику, полностью, досконально.

– А почему «должен»? Вас кто-то заставляет этим заниматься?

– Нет, никто. Экономика СССР – это основа всего, базис. Я ещё жив только потому, что изучением занимаюсь.

– Ну и на каком же этапе вы находитесь?

– Я не по этапам изучаю, а сразу всё, комплексно. Но сейчас я должен вычислить коэффициенты роста производства чёрных и цветных металлов.

– Данил, а вы кто по образованию?

– Ну как сказать… Я в универе учился, на втором курсе ушёл в академ, ну и, короче, потом не стал продолжать.

– А на каком факультете учились?

– На филфаке.

– Вам видится, слышится что-нибудь необычное?

– Нет, ничего такого.

– Данил, а вы считаете себя больным человеком?

– Нет, я сейчас здоров и физически, и психически.

– Но ведь вы же согласны на госпитализацию?

– Да, просто нужно уменьшить процесс изучения, поменьше думать об этом, иначе я не выдержу.

Диагноз псевдоневротической шизофрении сомнений не вызывал. В данном случае процесс маскировался под невроз навязчивых состояний, а говоря по-современному – обсессивно-компульсивное расстройство. Данила одолело навязчивое непреодолимое стремление изучать советскую экономику. Упреждая возможные вопросы, скажу сразу, что само по себе изучение советской и любой другой экономики, конечно же, не является болезнью. Отличие заключается в том, что у Данила не было чётко обозначенных целей и последовательной системы получения новых знаний. «Надо изучать во что бы то ни стало, иначе наступит крах!» – вот его основной девиз.