|
Этого он не предвидел. Маленький братец вырос и может теперь бегать так же быстро... Нет, вычеркиваем... Заменяем; БЫСТРЕЕ, чем он. Размахивая руками, пыхтя, как скакуны, мы летели по травянистому склону, отделявшему дорожку от Оук-лейн. Мы вылетели на твердый гудрон, и удары ног зазвучали выстрелами. Теперь река была слева, луг справа. Мост прямо впереди в двух сотнях метров, переброшенный через реку как деревянная финишная лента. Еще наплыв энергии... Боже, до чего хорошо, до чего дьявольски хорошо! Я был быстрее Стивена, я слышал, как он дышит где-то позади. Я уже видел мысленно, как вскакиваю на мост, как взбрасываю кулаки в воздух, как он это делал на моих глазах, и выкрикиваю дразнилки, которые он кричал мне, девятилетнему, когда я, пыхтя и отдуваясь, тащился по дороге, как старый паровоз, на последнем угле едущий на слом. Теперь я победитель. Интересно, как отреагирует Стивен. Раньше я ни в чем не мог его победить - никогда. Реванш! Господи, вот, значит, какое чувство наполнило меня с бегущих ног до пылающей головы. Реванш, сладкий реванш! - Рик! Боже мой! Ты только... ты только посмотри на это! Я решил, что это старый фокус с растянутой лодыжкой. Но было в его голосе что-то такое - удивление, окрашенное чем-то вроде отвращения. Я притормозил и поглядел в реку. И от увиденного встал как вкопанный. Тяжело дыша, подбежал Стивен. Хотя он держался за бок, где был шов, он тоже уставился на реку. - Черт, что там стряслось? - выдохнул он, глядя с крутого берега. - Откуда вся эта кровь? Я смахнул с глаз пот. Он был прав. Как будто кто-то выкачал всю воду, а потом открыл какой-то шлюз на бойне. По руслу, клубясь и пенясь алым, текла кровь - или что-то очень на нее похожее. Я потряс головой. - Странно. Обычно она летом мелеет до половины вот этого уровня. А дождей давно не было. Мы глядели, загипнотизированные, на текущую к пешеходному мосту кровавую воду. Скользнуло мимо дерево, переворачиваясь на струях кровавой красноты, и густые струйки стекали с остатков ветвей. - Черт! - сказал Стивен, понизив голос. - Знаешь, откуда это? - Нет. А откуда? Он кивнул в сторону какого-то предмета внизу обрыва. - Посмотри сам. Я шагнул на заросший травой склон, отделявший дорогу от обрыва, и заглянул вниз. Тут же в горле поднялся неприятного вкуса ком: наполовину в воде, наполовину на берегу лежало... Я пригляделся пристальней. - Это старая шина. Это - ох! Ладонь Стивена хлопнула меня между лопаток, я качнулся вперед. Чтобы не полететь головой в эту красную жижу, пришлось резко повернуться, хлопнуться на живот и схватиться за траву. - Обдурили! Я увидел широкую ухмылку Стивена, и он исчез. Черт! Снова попался. Как тот сопливый веснушчатый мальчишка с болтающейся на шее маской Робокопа. Яростно ругаясь, я выбрался на дорогу и побежал, будто сам Люцифер хочет вцепиться зубами мне в задницу. Я летел, подставив лицо встречному ветру, но дело было уже дохлое. Стивен добежал почти до самого моста, осклабился в мою сторону и пошел как в замедленном кино. Шаг за шагом, механически размахивая руками в том же, ритме, он сделал последние пять шагов на мост. Потом подскочил - честно, были у него в этот день пружины в ногах, - взметнул кулак в воздух и крикнул: - Слабак! Где тебя носило, Рик Кеннеди? Где? - Мухлевщик! - Кто, я? - Синие глаза лучились невинностью. - Только не я, братишка. Никогда. Ладно, в следующий раз дам тебе фору в шестьдесят секунд. - Не надо мне форы. - Это точно. Тебе надо две прищепки вместо глиняных палок, которые висят у тебя ниже пуза. - Растут из задницы, ты хочешь сказать. - Я знаю, что я хочу сказать. - Ты гадский... - Верно! Я гадский мухлевщик, гадский победитель, я гадский тот, кто всегда выигрывает. Я такой же, как гадский ты - гадский Кеннеди! Он спрыгнул с моста и сделал мне захват за шею. |
