—    Зачем ты нас, отец, пугаешь?! — воскликнула Юнга.

—    Молчи, девчонка. Мне надо три головы, когда опасность близка.

—    А что случилось?

_ы— В двуречье появился новый богатырь. Для беспокойства не было причины, но он у Тойдемара появился, а этот может дать ему совет. Я до сих пор не знаю, что он узнал от дочери моей...

—    Он полюбил сиротку, я подслушал,—- сказал змееныш.

—    Что за сиротка, почему не знаю?

—    Отшельник взял в свою землянку Юкчи-сиротку. Ей теперь семнадцать.

—    Это хорошо. Молчи, змееныш. Дай подумать. Сиротка — это мысль.

Змей долго раскачивал тремя головами, потом отрыгнул из правой глотки клубок пламени, плеснул на него воды из левой глотки и снова стал похож на человека.

—    Надумал? — спросил змееныш.

—    Надумал.

—    Заманим его в топь, убьем, утопим?

—    Дурак! Онар бессмертен. Его мы женим. Эй, Юнга!

—    Я здесь, отец.

—    Ты знаешь, где землянка Тойдемара?

—    Была когда-то.

—    Лети туда и взгляни на Юкчи. А заодно и на онара взглянешь. Я этих увальней, онаров знаю. Он будет десять лет вздыхать о девке, а сватов не осмелится послать. Когда Кокша пойдет от Тойдемара, ты превратишься в юную сиротку, его догонишь и пошлешь обратно. Чтоб он, решив жениться, сиротку ту засватал. Ты смелости ему придай и...

—    Меня ты можешь не учить^цтец...

...Ах, какая это была свадьба! б^гсь илем от мала до велика пришел на пир к своему онару. Да что там илем— со всей округи сошлись гости, принесли богатые подарки. Все междуречье знало, что сегодня женится Кокша-патыр.

Под дубом, где совсем недавно качалась колыбелька онара, расставили много столов и скамеек. Счастливая Юкчи взяла Кокшу за руку и сказала:

—' Пойдем, мой милый патыр, к роднику. Умоемся его водой прозрачной. Спокон веков со свадьбы все молодые ходят к роднику, чтобы любовь была такой же чистой, чтобы любовь была такой же вечной, как струи водоносного ключа.

Они оставили гостей и, взявшись за руки, побежали к роднику. Они склонились над срубом, умыли свои лица ключевой водой, потом начали черпать горстями прозрачную, холодную влагу и поить ею друг друга. Потом они разговорились, стали мечтать о том, как они будут жить, сколько у них будет детей.

Но вот парни подхватили онара под руки и повели к столам. Юкчи с собой не взяли — не по обычаю. За нею девушки с песней придут. Вон они уже на косогоре.

И вдруг из кустов выскочили два беса — подручные Турни, схватили Юкчи, заткнули ей рот мхом и унесли в лес. Когда девушки подошли к роднику, невесты там не было. Подруги принялись звать ее: кричать и аукать, на крик возвратился Кокша.

—    Юкчи, где ты? — позвал онар, и когда невеста не ответила, Кокша испугался.— Где ты, Юкчи? Она пропала! Ищите все!

Девушки и парии рассыпались по берегам ручья в поисках невесты. И вот совершенно неожиданно около сруба возникла Юкчи. Вы, конечно, догадались, что ее подменили, и теперь вместо нее стояла Юнга, точь-в-точь похожая на Юкчи.

—    Чего горланите?! — грубо крикнула Юнга. — Я здесь. Чуть было в воду не упала. Идите к дубу все.

Парни и девушки удивились грубости невесты, но от родника отошли.