— Я за Инночкой Клюевой, — сообщила Наташа. — Я — ее мама.

— Клюева! — зычно гаркнула воспитательница, похожая на гренадера, только что оставившего военную службу и едва успевшего сбрить усы. — Дети, куда подевалась Клюева?

Малыши, бросив игрушечные лопатки, дружно поглядели на свою наставницу.

— Я спрашиваю: вы не видели Клюеву? — продолжала допытываться гренадер с отсутствующим видом. Затем она обернулась к Наташе: — Что на ней было надето?

— Шубка, сиреневые варежки и такого же цвета пушистая шапочка… — растерянно пробормотала Наташа, испытывая нечто вроде посасывания под ложечкой.

— Клюева была в сиреневой шапке, — известила подопечных гренадер. — Кто знает, сиреневый цвет — это какой?

— Как синий! — пискнул малыш, по самые глаза завернутый в вязаный шарфик.

— Правильно, Зиненко. А теперь быстренько ищите Клюеву в сиреневой шапке!..

Но ни на территории детского сада, ни в помещении группы Инны не оказалось.

— Не волнуйтесь, мамаша, — громко успокоила гренадер, — найдется ваша сиреневая шапочка. Тут собаки приблудные бегали, может, она за ними пошла. Я давно говорила, надо гицелей вызвать, а то расплодили дворняг, заразу разносят!..

— Есть у вас тут телефон? — не слушая, спросила Наташа.

— У заведующей, на втором этаже. Только вы ей ничего не говорите. — Воспитательница вдруг сделала просительное лицо. — Зачем нам неприятности нужны, верно?…

Кабинет заведующей был пуст.

Наташа схватила телефонную трубку и дрожащей рукой принялась набивать домашний номер.

Никто не отвечал. Она дала отбой и позвонила на работу.

— Алло, дежурная? Это Клюева говорит, прокурор. Скажите, за последние несколько часов не поступало сообщений, связанных с малолетними?… Да, жду. — Прижимая к уху трубку и дожидаясь ответа, она нервно покусывала губы. — Да? — встрепенулась она. — А помладше?… Ну, два-три годика… Нет? Я вас прошу… Через полчаса я буду дома, мой номер есть в служебном справочнике, позвоните мне, если появится какая-нибудь информация. У меня пропала дочь…

Она не помнила, как добралась до своего дома и поднялась на нужный этаж.

Распахнув дверь, она прислонилась к косяку и, тяжело дыша, несколько мгновений прислушивалась.

В квартире стояла полная тишина. Внезапно раздался детский визг, Наташа со всех ног бросилась в комнату и растерянно огляделась.

Комната была совершенно пуста.

Она хотела уже направиться в кухню, как одеяло на кушетке зашевелилось и из-под него со смехом вывалилась маленькая Инна.

— Доченька! — закричала Наташа, сгребая ребенка в охапку и прижимая к груди. — Ты жива?… Все в порядке?…

Из-за кушетки показалась взъерошенная макушка мужа.

— Как ты мог? — завопила молодая женщина. — Где вы были?! Я же чуть с ума не сошла!..

— Катались с горки, — виновато сообщил Виктор. — А что, нельзя разве?…

— Мамочка, — торопливо заговорила Инна, пухлыми ручонками обнимая Наташу за шею, — нам было так весело, папа взял санки, и мы на них ездили. А еще мы играли в снежки, и я научилась их лепить, Хочешь, я и тебя научу, только ты не ругайся, ладно?…

Наташа против воли улыбнулась.

Кроха дочь, учуяв надвигавшуюся грозу, пыталась примирить родителей.

— Я не буду ругаться, — пообещала ей Наташа, — но в следующий раз вы так не поступайте.