—  Перебьюсь.

 Иан обошел автомобиль, оглядел его весь, потыкал шины и вообще вел себя, как заправский автолюбитель

 (хотя я не заметил, чтобы он, как я, приседал на корточки). Потом он попросил, чтобы я поднял капот. Я

 выполнил его просьбу, хотя не сразу: долго соображал, как это сделать. Иан потрогал какие-то механизмы,

 проверил, все ли хорошо закреплено, опустил капот и объявил:

 —  На вид все в порядке.

 —  Да, — кивнул я. — Фары тоже работают. Я проверял.

 —  Знаешь, что это значит, Дэн?

 —  Что?

 —  Ты приобрел Да-мобиль! Ты теперь как Бэтмен.

 —  Это не Да-мобиль! Это «ниссан».

 —  Это Да-мобиль! Так, а где же миксер? Пойдем что-нибудь смешаем.

 Жизнь и впрямь забавная штука.

 Я открыл багажник, достал миксер, мы принесли его на кухню и включили.

 Миксер не работал.

 Жаль, что миксеры делают без индикаторов, а то бы этот я сразу проверил.

 Думаю, Том пригласил меня на свою прощальную вечеринку из вежливости. Он не ждал, что я соглашусь. Но

 я сказал «да» и теперь, проведя в пути три с половиной часа, сходил с поезда в Ливерпуле, чтобы посетить

 вечеринку, которая начиналась в шесть. Честно говоря, мне было несколько неловко, что я проехал двести миль

 ради того, чтобы попрощаться с человеком, которого я видел всего два раза в жизни. Это походило на

 наваждение, в лучшем случае — на безрассудство.

 Когда я шел к веренице такси у здания вокзала, зазвонил мой мобильник.

 —  Алло?

 Между прочим, это я отвечал тому, кто звонил, в не просто аллекал в звонящий телефон.

 —  Дэнни? Это Гарет. Мы с тобой познакомились на днях на вечеринке.

 —  Точно! Привет! Позволь, прежде я извинюсь за то, что столь подробно рассказывал тебе про закупорку

 родовых путей?

 —  Не бери в голову. Конечно, можно было бы обойтись и без диаграмм, а так твой девятиминутный

 монолог оказался очень даже информативным.

 Он шутил. Я не чертил никаких диаграмм. И говорил дольше девяти минут.

 —  Слушай, я вот зачем звоню. Может, заскочишь ко мне на телевидение? Нужно поговорить.

 —  Ладно.

 —  Ты ведь даже не знаешь о чем.

 —  Ну... Хорошо. Так о чем?

 —  Может, придешь, и тогда поговорим с глазу на глаз?

 —  Хорошая идея.

 —  Завтра утром?

 Я глянул на часы. Сам не пойму зачем.

 —  Да.

 Мы попрощались, а до меня вдруг дошло, что мне необходимо уехать из Ливерпуля сегодня же вечером, если

 завтра утром я хочу попасть на встречу в Кеннингтоне53. Гм, влип так влип. Еще три часа трястись на поезде.

 Дома я буду под утро.

 Я потащился назад в здание вокзала, нашел информационную стойку.

 —  Здравствуйте, — обратился я к сидящему за стойкой служащему. — Не подскажете, когда из Ливерпуля

 последний поезд до Лондона?

 —  Последний прямой поезд в семь сорок девять, — ответил тот, даже не подняв головы.

 Я глянул на часы: без десяти шесть.

 —  В семь сорок девять? Вы ничего не путаете?

 Служащий посмотрел на меня со скукой в глазах.

 Было ясно: он знает, что говорит.

 —  Но... вам не кажется, что это несколько.