Основная масса свежеотснятой пленки посвящена лидеру «Вольной фермы», некоему типу по имени Моррис. Как‑то вечером довольно большая толпа настоящих фермеров заявилась на «Вольную ферму» и сильно избила Морриса. Дальше шел полицейский допрос безымянной подруги Морриса, свидетельницы избиения.

(Средний план; синхронный звук; вечер; полицейский участок изнутри. Подружка Морриса одета в фермерский комбинезон, обтягивающий ее огромную мягкую грудь, и в старую футболку, которую, как мы видели раньше, носил Моррис. Девушка разговаривает с сержантом полиции, секретарь ведет протокол.)

Девушка, …а потом я не могу сказать, что они делали с Моррисом, потому что один сбил меня с ног – понимаете, делал мне всякие грязные предложения. А другой просунул руку под меня – я лежала на животе – и ущипнул меня за грудь. (Она приподнимает груди, чтобы показать, куда именно ее ущипнули.) Конечно, всем понятно, что им на самом деле было надо от нас. Просто трахнуть! И больше ничего. Они прикидывались, приятель, будто ненавидят нас, но на самом деле им были нужны наши задницы. Ну да, конечно, они ударили меня, сбили с ног и все такое прочее, но на самом деле у них были грязные намерения. Знаете, их жены, такие вечные ломаки с кудряшками, – да для них вполне естественно постоянно хотеть бабу. Однако они нас испугались… потому‑то так и обошлись с Моррисом…

Сержант. А как именно они обошлись с Моррисом?

Девушка. Да просто выбили из него все дерьмо, приятель.

Сержант. А Моррис ничем не спровоцировал их?

Девушка. Моррис? Да вы шутите! Моррис приглашал их присоединяться к нему! Моррис и понятия не имеет, мать его, как спровоцировать кого‑нибудь…

Далее следует довольно большой и унылый материал об избитом и госпитализированном Моррисе, прикованном к постели. Под конец остальные «вольные фермеры» были вынуждены прибегнуть к защите полиции, потому что настоящие фермеры снова напали на них и расстреляли из ружей все посадки томатов. «Защита полиции» оборачивается тем, что всех «вольных фермеров» попросту выгоняют с «Вольной фермы».

Когда Морриса выписывают из клиники, он болтается по городку, производя своего рода посмертное вскрытие оставленной «Вольной фермы». Он хочет выяснить у местных фермеров, действительно ли они способны пристрелить кого‑то или со временем станут более терпимо относиться к «Вольной ферме». Все это выглядит бессмысленным, поскольку «Вольной фермы» более не существует, но, очевидно, Моррису крайне важно получить ответы на свои вопросы.

(Средний план – четкость изображения подстраивается наплывом; без синхронного звука, музыка за кадром; улица, день; местная пожарная часть. Моррис на костылях, с ним его девушка. Они говорят с шефом пожарных, но без синхронного звука. Музыка – «После золотой лихорадки» Нейла Янга. Хотя весь разговор ведет Моррис, шеф не сводит глаз с его девушки. Средний план; без синхронного звука, музыки тоже нет; улица, день; дом фермера. Моррис и девушка разговаривают с одним из настоящих фермеров, который, возможно, участвовал в избиении. Девушка приподнимает груди, словно напрашиваясь, чтобы ее за них ущипнули. Моррис дружелюбен; фермер осторожен. Средний план; без синхронного звука, без музыки; улица, день; универсальный магазин. Моррис и его девушка сидят на ступенях. Они пьют пепси; Моррис что‑то с энтузиазмом говорит, однако девушка, похоже, сыта этим. Съемка с другого ракурса – чтобы в кадр попал их психоделический «фольксваген»; синхронный звук, постепенно стихающая музыка. Моррис и девушка собираются уезжать. Они садятся в фургон. Моррис говорит прямо в камеру; девушка держит его костыли.)

Моррис. Они не станут стрелять в нас. Возможно, опять поколотят, но стрелять точно не станут.