– Сделано.

– Сколько остается?

– Остается 2 911 284 человека, – ответил компьютер.

– Мы не сможем проверить почти три миллиона человек, – пробормотал я. – Надо еще сокращать.

– Жду…

– Допустим, что если кто‑то усердно добивался расположения Черной Леди более двадцати лет, она ему уже являлась, – предположил я.

– В предложенных вами данных нет ничего, позволяющего принять такое допущение.

– Знаю, но надо попытаться сократить список. Сколько человек отпадает по этому критерию?

– Будет исключено 1 033 102 человека.

– А сколько останется?

– Останется 1 878 182 человека.

– Исключите тех, кто добровольно подвергался смертельной опасности менее двадцати раз.

– Исключается 682 646 человек.

– Теперь исключите тех, кто добровольно подвергался смертельной опасности менее пятидесяти раз.

– Исключается 1 121 400 человек.

– Сколько остается?

– 74 136 человек.

– Теперь исключите тех, кто добровольно подвергался смертельной опасности менее ста раз, – сказал я, тщетно пытаясь придумать еще какой‑нибудь ограничивающий фактор.

– Исключается 72 877 человек.

– Сколько остается?

– Остается 1 259 человек.

– Теперь исключите тех, кто добровольно подвергся смертельной опасности менее двухсот раз.

– Исключается 1 252 человека.

– Итак, мы сократили список до семи человек.

– Если вы пользуетесь обоснованным критерием, – предостерег компьютер.

– Если да, то мы можем использовать его до конца. Сколько из этих семи добровольно подвергались смертельной опасности менее 250 раз?

– Исключаются все семеро.

– Значит, нужен другой критерий, – сказал я.

– Следующий логический шаг – определить, кто из них рисковал жизнью чаще остальных.

– Может, и так, – сказал я, – но между ними почти нет разницы.

Вероятно, каждый почти постоянно подвергается смертельному риску.

Я подумал.

– Ладно, порядка ради – назовите‑ка мне имя первого человека в списке.

– Готтфрид Шенке, с Тумиги III.

– Каким образом он постоянно рискует жизнью? – спросил я.

– Он собирает моллюсков в водах величайшего океана на Тумиге III.

– Почему это опасно?

– В этих водах обитает множество хищных рыб и животных. В результате их нападений Шенке четыре раза попадал в больницу за последние девять лет.

– Но ведь сотни миллионов людей по всей Галактике плавают в водах, где обитают хищники, – возразил я. – Безусловно, десятки миллионов погружались в такие воды более двухсот пятидесяти раз!

– Это верно.

– Тогда почему в списке только Шенке?

– Потому что ваш критерий предполагает, что человек должен рисковать жизнью сознательно и добровольно. Никто, кроме маленькой горстки пловцов, не знает, или не думает, что так рискует, и не вошел бы в воду, если бы знал об опасности или чувствовал, что она угрожает ему лично.

– Понимаю, – ответил я. Тут мне в голову пришел еще один критерий.

– Теперь исключите из этих семи всех гомосексуалистов.

– Исключаются трое. Остается четыре человека, включая Готтфрида Шенке.

– Кто остальные трое?

– Уилфред Крамер с Холмарка, охотник на крупную дичь в джунглях Холмарка, Альсатии IV и Каробуса XIII, – компьютер сделал паузу.