– Быком в стаде движет слепой, неразумный инстинкт, а не героизм, друг Валентин, – ответил я. – Если дать ему сознательный выбор, он никогда не будет по своей воле противостоять хищнику, а Черная Леди, похоже, приходит лишь к тем людям, которые призывают ее, сделав сознательный выбор.

– Минуточку! – вдруг вспомнил Хит. – У вашей расы существует ритуальное самоубийство. Не мог бы такой поступок привлечь ее?

– Расстаться с жизнью, чтоб избежать нескончаемого позора? В этом нет ничего героического, друг Валентин.

– Мы отклонились от темы, – вмешался Венциа. – Она приходит к людям. Нам достаточно знать одно это.

– Хорошо, – сказал Хит. – Мы знаем, что она приходит к людям. Что из этого?

– А то, что мы ее найдем, – сказал Венциа со спокойной уверенностью.

Хит фыркнул.

– Галактика огромна, мистер Венциа – и в галактике ее может и не оказаться.

– Тогда мы вычислим, где она появится в следующий раз, и дождемся ее.

– С какой целью, друг Рубен? – спросил я.

– Бедный Леонардо, – сказал Венциа с искренним сочувствием. – Вы собрали все детали, и так и не разрешили загадку.

– Простите? – не понял я.

– Мы с ней сядем и поговорим, – сказал Венциа.

– Простите, я вас правильно понял? – переспросил Хит. – Вы потратили шесть лет и Бог знает, сколько денег, пытаясь ее найти, и все, что вам надо – это сесть и поговорить с ней?

– А что вы сделали бы с ней, мистер Хит? – презрительно спросил Венциа.

– Вы знаете, что я хочу с ней сделать, – ответил Хит.

– Я заплачу вам за нее больше, чем Аберкромби.

– Сомневаюсь, – сказал Хит. – Знаете, во сколько оценивается состояние Аберкромби?

– Мне нужно всего пять минут ее времени, – сказал Венциа. – Потом можете продавать ее Аберкромби или делать с ней все, что вам хочется.

– Если она вам позволит, – вставил я.

– Миллион кредитов, мистер Хит, – сказал Венциа, не сводя глаз с собеседника.

– Миллион кредитов всего за пять минут? – усомнился Хит.

– Точно так.

– Очень многие провели с ней значительно больше пяти минут, – сказал Хит. – Спорю, что она ни одному не сказала то, что вы хотите услышать.

– Они не знали, кто она, – ответил Венциа. – А я знаю. Вероятно, никто из них не задал правильный вопрос.

Он сделал паузу.

– В этом мое преимущество.

– Если предположить, что она вообще вам ответит, как вы узнаете, что она скажет вам правду?

– Я узнаю, – уверенно сказал Венциа.

– Простите, – вставил я, – но я в самом деле не понимаю, о чем вы говорите.

У Хита был довольный вид.

– Он хочет спросить ее о чем‑то важном, Леонардо.

– О чем?

– Что ждет нас дальше? – напряженно ответил Венциа. – Одна она это знает.

– Не святотатством ли будет узнать об этом? – осторожно заметил я.

– Глупостью будет не узнать, если есть такая возможность, – ответил Венциа. – Существует ли истинная религия? Какому алтарю я должен поклониться? От каких черт и привычек отказаться? Что мне делать, чтобы попасть в Рай? Или, если за этой жизнью ничего нет, можно быть свободным и делать, что хочу?

– Вы и сейчас свободны, – подчеркнул Хит.