Что-то звякнуло. Тихий, всегда спавший очень чутко, моментально открыл глаза. Масляная лампа потухла, было темно. Сперва парень решил, что это шум грозы, но нет, за окном царила тишина. Прислушался. В кухне что-то зашуршало.

«Мыши, наверное», – подумал сталкер.

Но затем он услышал отчетливые звуки шагов. Они были мягкими, словно кто-то перемещался босиком. По коже пробежал табун мурашек. Парень осторожно повернул голову и заметил темный силуэт у кровати Грифа.

«Твою мать! Это еще кто?!» – завопило сознание.

Осторожно, стараясь не издавать звука, Тихий потянулся к автомату, лежащему на стуле рядом с кроватью. Пальцы коснулись холодного металла. Обхватив ствольную коробку, осторожно приподнял «калаш», но в этот миг железная сетка кровати предательски скрипнула.

Силуэт резко развернулся. Проникший в комнату рассвет позволил рассмотреть незваного гостя: тощий, одетый в какое-то рванье, черные впадины на месте глаз, гнилые обломки зубов, мерзкий оскал.

– Гриф! – заорал Тихий, открывая огонь.

Пули ударили в тело шатуна. Монстр покачнулся, едва не упав на Грифа, вертевшего головой в непонимании, что происходит.

Шатун протяжно взвыл и бросился на Тихого. Когтистые пальцы впились в плечи сталкера. Парень взвыл от боли и чуть не выронил автомат. Из-за просевшей сетки он не успел подняться с кровати и находился в не самом выгодном положении. Изловчившись, сталкер поджал ноги и, резко распрямив их, ударил в трухлявую грудь шатуна. Раздался хруст ломающихся костей. Монстр отлетел в сторону, оставив оторванные пальцы на теле Тихого.

Воспользовавшись замешательством шатуна, Гриф накинул на его шею ремень автомата и принялся душить. Мертвец захрипел, а затем развернул голову на сто восемьдесят градусов, разинул пасть и устрашающе заорал на сталкера.

– Да заткнись ты уже! – рявкнул Гриф, закручивая петлю на шее твари.

Дернул что было сил. Снова раздался хруст. Уродливая башка шатуна ударилась о пол и, прокатившись по нему около метра, остановилась, уставившись пустыми глазницами на свое обезглавленное тело.

Покончив с уродцем, Гриф развернулся к напарнику. Стиснув зубы, чтоб не закричать от боли, тот выдергивал из своего плеча последний палец монстра.

– Сейчас, братишка, погоди, – протараторил Гриф, снимая с пояса контейнер для артефактов. – Снимай куртку и свитер.

Тихий попытался раздеться, но из-за глубоких ран не смог этого сделать. Поняв это, Гриф самостоятельно снял куртку с товарища. Набрал в ладонь немного «воска», отодвинул горловину свитера напарника и нанес артефакт на кровоточащие раны, сначала на одно плечо, затем на другое.

– Откуда он взялся? – морщась от боли, спросил Тихий.

– Хрен его знает. Окна забиты, двери заперты.

– Шатун пришел оттуда, – кивнул Тихий в сторону кухни.

Гриф вышел из комнаты.

– Мы два идиота! – раздался возглас. – Все проверили, а в погреб не заглянули, – сообщил он, вернувшись.

– Нужно уходить.

– Но… – попытался возразить Гриф.

– Мне уже лучше, «воск» хорошо обезболил, – заверил Тихий, надевая рюкзак и вешая «калаш» на плечо.

– Нужно оставить отметку в КПК. Предупредить сталкеров, что здесь не совсем безопасно.

Тихий хмуро посмотрел на напарника.

– Что? – развел руками Гриф.

– Напиши сразу заказчику, чего уж мелочиться?

– Черт. Об этом я как-то не подумал. Хорошо. Идем.

Утро в Зоне совершенно не похоже на то, к которому привыкли обыватели с Большой земли.