— Что случилось? Я сейчас подъеду. Адрес?

— Со мной все в порядке, — торопливо ответил сын. — С Марьяной беда.

Твою ж мать!

— Быстро. Внятно. Членораздельно. Что с ней случилось?

Он слушал сбивчивый рассказ сына, параллельно одеваясь.

— Пап, что делать?

Такой взрослый, я-ж-сам, а тут… Странно, но это Костино неуверенное: «Пап, что делать?» отозвалось чем-то теплым внутри. Как давно он был нужен сыну? Нужен по-настоящему? Когда это было в последний раз?

— Я еду туда. Все решу.

— Я тоже еду.

— Не смей! — рявкнул Герман, открывая дверь.

— Пап…

— Не папкай! Я еду со своей службой безопасности. Возможно, подключим полицию — но пока не знаю. Ты будешь только мешаться под ногами.

— Я приеду!

Так. Вот про «мешаться под ногами» говорить не стоило, это же для Костиного упрямства и нарождающейся самцовости — прямой вызов. Герман нажал на кнопку лифта.

— Костя, пожалуйста, хоть раз сделай, как я говорю. Езжай к себе домой. И сиди там тихо, не высовываясь. Дверь никому не открывай. Я пришлю к тебе человека.

— Папа… — голос Кости звучал растерянно. — Пап, что случилось?

— Потом расскажу.

— Правда… правда расскажешь?

— Честное Таммовское. Домой приедешь — напиши. Понял?

— Понял.

Следующим Герман набрал начальника службы безопасности. Краткий разговор с инструкцией выезжать по адресу проживания Марьяны Левандовской — адрес у безопасников был еще с того момента, как они по распоряжению Германа собирали на нее досье. Герману адрес тоже скинули. Теперь можно ехать. Но сначала надо позвонить самой причине всего этого движа.

У многих бед одно начало — сидела женщина, скучала. Воистину!

* * *

После звонка Кости Марьяна снова впала в оцепенение. Она, словно под гипнозом, отвечала на быстрые Костины вопросы. Потом выслушала его торопливое: «Жди, я что-нибудь придумаю» и затем короткие гудки.

Что ты придумаешь, мальчик? Если это твой отец разгромил мою квартиру. Марьяна шмыгнула носом. В гулкой, почти храмовой тишине квартиры этот звук прозвучал оглушительно громко. А потом еще более громко зазвонил телефон. Номер был незнакомый, но Марьяна взяла трубку.

— Марьяна, вы где сейчас?

Это Тамм. Герман Тамм.

— Здравствуйте, Герман Гергардович, — Марьяна как-то отстраненно, будто со стороны, слышала, как спокойно звучал ее голос.

— Вы где сейчас? — с нажимом повторил он.

— У себя дома.

— Немедленно выходите из квартиры.

— Тут замок сломан. Я не смогу закрыть квартиру.

— Плевать! — рявкнул он. — Рядом с домом есть торговый центр?

— Вам зачем?

— Или большой магазин? — он игнорировал ее вопросы. — Место, где есть много людей?

— Есть торговый центр. Минутах в пяти от моего дома. Небольшой, два этажа всего.

— Неважно. Идите туда!

— Что вам там купить, Герман Гергардович?

— Зайдите туда и будьте там, где есть люди! — снова рявкнул он. Марьяна не понимала, к чему это. Если это Тамм стоит за погромом ее квартиры, то сейчас в его действиях и словах не было никакой логики.

— И что дальше?

— Ждите меня.