Машет Руби, чтобы попрощалась с тетей Беллой.

– Передай, что я скоро вернусь.

* * *

Затем Энди подходит к дочке, опускается рядом с ней на корточки и объясняет, что все будет хорошо, что мистер Люк отвезет ее домой и посидит с ней, пока тетю Беллу не выпишут.

Руби кивает, не глядя ни на Энди, ни на Люка, оставшегося в сторонке, чтобы не нарушать интимность момента.

– Всего на несколько дней, Руби Тьюсдей, – уговаривает Энди. – Мне нужно, чтобы ты была хорошей девочкой и позаботилась о Чили и мистере Люке. Ради нас. Ради меня. – Целует дочку в макушку. – О себе тоже не забывай.

– Ладно, – твердо отвечает Руби, и Энди в очередной раз удивляется, как плохо ее знает. Она понятия не имеет, что скрывается в голубых глазах дочери, о чем та думает, когда смотрится в зеркало, и как относится ко всему, что произошло за последние пару недель: к приезду Люка и Чили, к буре, к обыску в трейлере и теперь – к болезни Беллы.

«Она, должно быть, перепугана, – гадает Энди. – Мне ведь страшно».

– Слушай, у меня к тебе просьба. – Она снимает с пояса детектор молний и, приподняв старую рубашку дочки, цепляет прибор ей на штаны. – Оставь его у себя на хранение. – Затем стягивает с шеи фульгуритовый кулон и надевает цепочку на Руби. Энди так долго с ним не расставалась, что без его привычной тяжести ощущает странную пустоту. – Это тоже. Если соскучишься по мне или тете Белле, бери кулон и думай о нас. Загадывай желание.

– И будет волшебство королевы эльфов, да, мам? – спрашивает девочка, горящими глазами рассматривая новообретенное сокровище.

Энди не понимает, о чем речь, но если Руби хочет верить в магию, кто Энди такая, чтобы ее разубеждать? Она ведь и сама пережила нечто удивительное, что словами не описать, и волшебство – не слишком плохое объяснение.

– Да, пчелка, оно самое. Здесь все волшебство, какое тебе может понадобиться.

Глава 43

НЬЮ-КОРНЕЛИЯ, АРИЗОНА

Из тусонской больницы Стивен вылетел как ошпаренный; теперь он спокойно ждет Люка и Руби возле трейлера Энди.

Те наконец возвращаются, и Люк разрешает Стивену уложить девочку спать – рядом свернулась Чили, после чего тот опять выходит на улицу, где Люк открывает пиво, развалившись на складном стульчике Энди и наблюдая, как сгущаются сумерки, а небо темнеет, становится бездонным. В это время года первыми появляются Кассиопея, Цефей и Дракон – последнее созвездие назвали в честь Ладона, мифического великого дракона, охранявшего золотые яблоки в саду Гесперид. Тот, кто их съедал, становился бессмертным. Однако Геракл победил Ладона отравленными стрелами, и тот обрел вечную жизнь в звездах, рассыпанных на карте вокруг Северного полюса.

Люк не предлагает Стивену пиво, но жестом приглашает присоединиться.

– Спасибо, что помог с Руби, – благодарит Люк. – Она тебе обрадовалась куда больше, чем ты – мне. И больше, чем Энди – тебе в больнице. А это значит, что нам надо поговорить.

Стивен колеблется, замедляет шаг, но все же садится на соседний стул.

– Слушай, мне жаль, что с Беллой такое случилось, – вздыхает Люк. – Я ей правда сочувствую. Без нее здесь станет трудно. – Всматривается в горизонт, где вот-вот появится созвездие Дракона. – И когда мы с Энди и Руби уедем, будет еще труднее, потому что вы так давно дружите… Сблизились еще задолго до Нью-Корнелии.

– Не понимаю, о чем ты.

– Да все ты понимаешь, – качает головой Люк. – Энди рассказала о вашей дружбе, о Техасе и обо всем, что там было. О вашем клубе. – Смотрит на пиво. – Я обо всем знаю.

– Вряд ли Энди стала бы делиться с тобой такими вещами… о нас.