Густаво и де Силва дружили с детства. Везде и всюду, начиная со школьной скамьи, они были вместе и лишь в армии случилось так, что друзья оказались в разных взводах, причём из-за своих питомцев — таково было штатное расписание тиаматских частей.

— Ола, — Максимилиано выпустил густое облако дыма, задумчиво глядя на котят.

— О чём грустишь, друг? — насторожился Густаво. — Что-то с Лили?

— Нет. Думаю, — коротко ответил де Силва. — Понимаешь, друг, простых слов мало, чтобы отблагодарить тех, кто спас мою любимую.

— Да, — согласился Густаво. — Это бесценно.

Достав из кармана сигару, он неторопливо обрезал ей кончик, чиркнул спичкой, поджигая лучинку и вдумчиво принялся раскуривать. Проблема друга требовала серьёзного обдумывания и спешка здесь лишь вредила.

— Что ты хочешь за котёнка? — неожиданно спросил де Силва. — Твоего, алиментного.

Густаво поперхнулся дымом.

— Друг, ты гулял под солнцем с непокрытой головой? — прокашлявшись, осторожно поинтересовался он. — Или любовь свела тебя с ума?

— Ты против такого подарка гринго? — насупился де Силва.

— Нет, друг, ты точно спятил, — покачал головой Густаво. — Только спятивший будет задавать такой вопрос другу. За тебя и твою Лили я душу отдам, а ты спрашиваешь, что я хочу за котёнка? Что я тебе сделал, чтобы заслужить такое?

— Прости, друг, — просияв, прижал руки к груди де Силва. — Видимо, мой разум действительно помутился.

— А ты не ходи по солнцепёку, — пробурчал Густаво. — А как ты дарить будешь тому, кто томится за решёткой? Как он будет смотреть за малышом?

— Не знаю, — вздохнул Максимилиано. — И это гложет мою душу.

— Вдвоём такое не решить, — решительно заявил Густаво. — Ола! Леандро!

Хозяин летяги, игравший со своей питомицей, обернулся на зов.

— Иди сюда! Нам нужно решить серьёзную проблему!

Пять минут спустя вокруг друзей собрались все свободные от службы тиаматцы. С их точки зрения, проблема была действительно серьёзной: чужак спас невесту одного из них, а возможности его отблагодарить нет. Проблему решали дружно, с истинно тиаматским темпераментом, шумя и жестикулируя так, что едва не поднялся ветер.

В первую очередь, решили вопрос: достойны ли чужаки такого подарка. Разобрав по косточкам всё, что было известно про Нэйва и репликанта, всё же сочли — да, достойны. Отчаянно храбры, готовы встать на защиту слабого и не требуют наград — настоящие идальго, достойные зверя.

Затем решали, как поступить с подарком для репликанта. В конце-концов решили, что пока лучше придержать — мало ли как обернётся, вдруг жизнь окажется не справедлива и сержант окончит свои дни на плахе?

— Это не всё, друзья, — вздохнул де Силва. — Я хочу вас попросить оказать мне честь и позволить гринго пройти ритуал.

Слова произвели эффект разорвавшегося снаряда.

— Ритуал? — сержант де Вега почесал затылок. — Максимилиано, так-то мы не против… Да, друзья?

Тиаматцы согласно загомонили.

— Но это уже решать падре, — завершил де Вега.

— Я готов поручиться, — решительно заявил Густаво. — Те, кто спас любовь моего друга — мои друзья.

— Значит, идём к падре, — резюмировал де Вега.

––—––—––-

Штабной штрюль, штабная штафирка, чернильница в погонах — презрительные прозвища штабных офицеров.