|
Девочки подались вперед, чтобы лучше слышать. Теперь, когда они жили в Штатах, мами была за главную. Она когда-то училась в этой стране. Она говорила по-английски без сильного акцента. – Взгляни на меню. Заметил, что цены не указаны? Спорим, кола тут стоит пару долларов.
У Сэнди отвисла челюсть.
– Пару долларов!..
Сердитый взгляд матери заставил ее замолчать.
– Пожалуйста, Сэнди, не позорь нас! – сказала Лаура, а потом рассмеялась, когда папи напомнил ей, что в этом месте испанский не может претендовать на звание секретного языка.
– Ах, мами, – он ненадолго накрыл ее ладонь своей. – Сегодня особенный вечер. Я хочу, чтобы мы хорошо провели время. Нам нужен праздник.
– Пожалуй, – со вздохом заметила она. – Тем более что платят Фэннинги.
Лицо папи напряглось.
– В этом нет ничего постыдного, – тут же напомнила мами. – Когда они гостили у нас в Доминикане, мы обращались с ними по-королевски.
Так и было. Сэнди помнила, как знаменитый доктор Фэннинг и его жена приезжали, чтобы обучить лучших врачей страны новым методикам кардиохирургии. Этот высокий худощавый человек и его жена с причудами были гостями семьи. Для них постоянно устраивали барбекю; на подъездной дорожке выстраивались машины, а под пальмами отряд шоферов обменивался новостями и сплетнями.
Когда принесли напитки, папи произнес забавный тост. Он довольно громко говорил его по-испански, но если официанты и расслышали слова, то были слишком профессиональны, чтобы засмеяться. Не успели они поднять бокалы, как мами перегнулась через стол:
– Они здесь.
Сэнди обернулась и увидела, как метрдотель ведет к ним высокую нарядную женщину и идущего за ней очень высокого мужчину с озабоченным лицом. До нее не сразу дошло, что это те самые люди, которые на Острове с дурацким видом слонялись у бассейна в солнечных очках и шляпах, с намазанными солнцезащитным кремом носами и разговаривали со служанками на чрезвычайно убогом испанском.
Последовали суетливые приветствия и извинения. Папи встал, и Сэнди, не зная, чего требует этикет, тоже встала, но под выразительным взглядом матери снова села. Врач и его жена уделили достаточно внимания каждой из девочек, пытаясь «хорошенько их разглядеть» и вспоминая, какого роста была каждая из них, когда они виделись в последний раз.
– Что за маленькие красавицы! – пошутил доктор Фэннинг. – Карлос, да у тебя тут настоящий гарем!
Четыре девочки смотрели, как на лице их отца появляется озорная улыбка.
Первые несколько минут взрослые обменивались новостями. Доктор Фэннинг рассказал, что говорил с одним другом, который был управляющим важной гостиницей и нуждался в штатном враче. Как он объяснил, работа не бей лежачего: главным образом требуется снабжать валиумом богатых вдов, но платят чертовски хорошо. Отец Сэнди благодарно опустил взгляд в свою тарелку. Ему было неловко за то, что он оказался в таких стесненных обстоятельствах и был стольким обязан своему другу.
Принесли напитки Фэннингов. Миссис Фэннинг осушила свой бокал несколькими жадными глотками и заказала еще один. Во время суматошных приветствий она держалась тихо, но теперь сыпала вопросами, поднимала брови и делала скорбное лицо, когда миссис Гарсиа объясняла, что за последние две недели новостной блокады они не получали никаких известий от родни.
Сэнди внимательно изучала ее. |