– Чего это ты его так? – спросила Карина, вытряхивая из головы образ куриных окорочков, суетливо мельтешащих по квартире.

– Кого? А, Михасю то? Да потому что он сучонок и есть. Вежливый, сладенький, как пряник. Глазки пуговками, а нутро гнилое. Из категории уродов, которые в детстве мучают кошек.

– А он мучил?

Откатив чемодан в сторону, Марго ткнула пальцем в дверь.

– Уфф… жарища какая… Ванная там. Ты, наверное, помыться хочешь с дороги… Что ты спросила?

– Я спросила: с чего ты решила, что Миша мучил кошек? Сама видела?

– Если бы видела, я бы ему, поганцу, руки вырвала!

– Тогда откуда мнение? Вроде приятный парень…

– Сама не знаю. Скользкий он какой то, – вздохнула Марго. – И врун паталогический, это я давно поняла, как в старом мультике про Мурзилку… Ну, ты не помнишь, наверное, молода очень. Был там такой персонаж, приличный на людях, и урод внутри, так его Мурзилка на чистую воду вывел. Вот и Мишаня такой. Это говно учится в МГИМО, такой вот пердюмонокль. Смотри, как я ловко срифмовала!

– Талант, – похвалила Карина и пошла мыться.

Пока она лежала в ванне, тетка громко топала по квартире, включила телевизор, а потом удалилась на кухню греметь посудой. По этот аккомпанемент Карина почти задремала в прохладной воде. Жизнь казалась прекрасной.

За ужином Маргарита рассказала о своем новом ухажере, летчике, «разумеется, женатым на какой то фифе», и недвусмысленно намекнула, что Карине иногда придется гулять на воздухе по вечерам.

– Он к тебе приходит что ли? – спросила она.

– Ну, не мне же к нему, – фыркнула Маргарита. – Там фифа, теща, дети. Полный комплект. Как ты себе реально представляешь эту ситуацию? Сидят они за вечерними пельменями, и тут я, с воплем: «Елочка, зажгись!»

Маргарита хохотнула, а Карина, раскапывая ложечкой салат, небрежно поинтересовалась:

– Значит, на тебе он не женится?

– Нет, конечно.

– Тогда зачем тебе это счастье?

Маргарита навалилась на стол грудью и ласково произнесла:

– Рыбка моя, доживешь до моих лет, поймешь: лучше приходящий, чем вообще никакого. Мужик должен радовать женщину, а гвоздь в стенку я и сама вколочу. Ешь, и иди, отдыхай с дороги. Завтра съездим в твое МГИМО.

В институт они действительно съездили с самого утра. Карине хотелось проникнуться атмосферой этой альма матер, вдохнуть кипучую студенческую жизнь полной грудью, хотя она и понимала бессмысленность этой романтической дури. Ну, институт, и что?

После обеда она, как и планировала, зашла в гости к соседу, но Миша, пребывающий в жутком похмелье, особо ничем не помог, а блондинистая подружка, валявшаяся на тахте, смотрела на гостью волком, так что Карина спешно ретировалась. Вечером же ей пришлось долго гулять по двору, потому что к тетке явился кавалер: высокий, усатый, напоминающий знаменитого Мимино.

Марго, раскрасневшаяся и довольная, была гостю рада и быстро вытолкала Карину за порог, пока востроглазый кавалер отвешивал девушке дежурные комплименты. За две недели, впрочем, Марго выставляла ее всего дважды.

Оставшееся время до зачисления, Карина долго штудировала учебники, до ночи сидела в сети, выискивая ответы на самые каверзные вопросы, и, наконец, ранним утром отправилась на экзамены. В своем поступлении она ничуть не сомневалась: по результатам ЕГЭ проходила, осталось только сдать малюсенький экзамен, плевое дело!

Итоги были печальными. Из вывешенных списков, Карина узнала, что провалилась, окончательно и бесповоротно.

Марго утешала ее долго, неуклюже, убеждая, что жизнь на этом не заканчивается, но потом затихла и ушла готовить ужин. Просидев в комнате в одиночестве, Карина поплелась следом, уселась на табурет, подогнув под себя ногу.