– Может, обойдется? – предположила Карина. Олег посмотрел на нее со снисхождением опытного бойца.

– Что ты, рыба моя, поверь бывалому: обслуживать разного рода знаменитостей – полная задница… Впрочем, сама все увидишь…

В салон вбежала очередная группка людей, и Карина, радостно оскалившаяся поначалу, удивленно хрюкнула и даже сделала шаг назад.

В самолет вошла Олеська.

Выглядела она замечательно. Разодетая, разукрашенная, увешанная золотом, с дорогой сумкой на плече и модным ай фоном. Увидев Карину, Олеська тоже хрюкнула и вытаращила глаза, а потом заулыбалась и даже руки протянула приветственно. Карина ответила вялым рукопожатием, а потом с облегчением обернулась к новым пассажирам, протолкнувшим подругу вперед.

– Знакомая? – шепнул Олег.

– Одноклассница.

– Артистка что ли? Мордаха какая то знакомая.

Карина пожала плечами и не ответила. О судьбе Олеськи в Москве ей ничего не было известно, но в душе уже шевельнулась гадючья зависть.

Вон как жизнь повернулась. Она, отличница, активистка, лучшая в классе, стала, по сути, небесной официанткой, а Олеська, троечница и хулиганка, летит в одном салоне со звездами. И теперь Карина с вежливой улыбкой будет подавать подружке, что сдувала у нее контрольные, кофе. Какая ирония судьбы!

Интересно, она в проекте участвует или же работает в качестве, скажем, помощника режиссера?

Приветствуя входящих, Карина посмотрела, как Олеська проявит себя с випами. То, что ее билет был в эконом класс, она уже заметила. И, главное, как випы проявит себя по отношению к ней.

Проходя вперед, Олеся кивала артистам направо и налево. Ни одна голова не кивнула ей в ответ. Карина слабо улыбнулась, хотя утешение было то еще, и проследила, куда усядется бывшая одноклассница.

Олеся разместилась по правому борту. Еще одна неудача. Именно правый борт предстояло обслуживать Карине. Она хотела было попросить кого нибудь из девчонок поменяться с ней местами, но потом передумала.

«Я сама выбрала эту профессию, – подумала она, стиснув зубы. – В ней нет ничего постыдного. Наоборот: стюардесса – звучит гордо!»

До самого взлета она утешала себя этой мыслью, но аутотренинг не помог. Вопреки въевшейся в подкорку привычке, пассажиров она обслуживала без улыбки, с каменным лицом, и была деловито холодна. Олеська, дождавшаяся своего обеда, с любопытством спросила:

– Как у тебя дела, Кариш?

– Спасибо, все хорошо, – ровным тоном ответила Карина, подавив желание откатить тележку подальше. – Вам чай или кофе?

Откатив тележку, Карина мельком полюбопытствовала: едят ли артисты простую еду. Ели, не морщились.

Рейсы на Бангкок не были «разворотными», и уж тем более не стал бы «разворотным» полет в компании знаменитостей. Карина подумала, что после приземления и всех необходимых процедур, они отправятся в отель, где она с огромным удовольствием уляжется на прохладные простыни, вытянет ноги и будет спать несколько часов. Жалко, что прилетают они рано утром, все магазины будут закрыты, а ей бы так хотелось прикупить что нибудь экзотического для Маргоши и родителей. Можно организовать передачу прямо в аэропорту. Родители наверняка бы смягчились, получив от дочери посильную мзду.

В самолете между тем назревал скандал. Как и предсказывал Олег, випы напились почти сразу. Войдя в отсек, Карина увидела, как здоровенный артист с выкрашенной в рыжий цвет гривой, что то яростно втолковывает Олегу львиным рыком.

– Я тебя, падла, урою так, что ты до Бангкока не долетишь, ты понял? – орал артист, чьего имени Карина так и не могла вспомнить. – Я тебя щас, у….ще, по частям в унитаз спущу! Я, б…дь, тебе сказал: принеси мне вискарь! Какого х….