– Мне она знакома, – сухо ответила она.

– Я уже научился не удивляться, – улыбнулся Дэниел. – Смотрю, вы стараетесь освоить все методики. – Когда она промолчала, он продолжил: – Я хотел поговорить с вами о докторе Тримбле.

– Он прекрасный собеседник, – решительно заявила Нора. Ей не хотелось выслушивать лекцию о том, как следует принимать ухаживания.

– Спасибо, что принимаете в нем участие, – уже мягче продолжил Гибсон. – Гарри подает большие надежды, но ему не хватает связей, которые могли бы помочь. Вы с доктором Крофтом очень добры к нему.

Нора застыла, ожидая уточнений, но он ограничился комплиментом.

– Этот молодой человек нам обоим нравится, – призналась она, устыдившись своих подозрений. Отойдя, она сдвинула ступку так, что та оказалась на столе между ними.

Доктор Гибсон исподлобья следил за ее движениями.

– Вы снова пойдете с ним гулять? Он не всегда… – Подходящего слова не нашлось, и Дэниел, усмехнувшись про себя, закончил: – Ведет себя прилично.

– Так вот почему он так хорошо вписывается в нашу компанию, – рассмеялась Нора. Но следующая мысль погасила ее улыбку: «И вот почему это не получается у вас».

Гибсон с какой-то странной покорностью сжал губы и вновь повернулся к ступке, не пытаясь, впрочем, взять ее в руки. Неужели он прочитал мысли Норы?

– Расставить стеклянную посуду?

Посчитав молчание согласием, Дэниел достал из шкафа реторты и флаконы с растворителями. Ругая себя за то, что задела его чувства, хоть и не словами, Нора обрушила пестик на камешек – слишком сильно. Он вылетел из ступки, отрикошетил от окна и пролетел через всю операционную.

– Будь он неладен! – вскрикнула Нора, падая на колени и осматривая пол.

– Мы его найдем, – пообещал Дэниел. Он уже опустился рядом с ней, не обращая ни малейшего внимания, что оба они на четвереньках.

Нора отвернулась, прежде чем Гибсон успел заметить, с каким удивлением она обнаружила его под столом.

– Это паршивый каменюка может быть где угодно, – проворчала девушка.

– Да, но вашими усилиями тут на удивление чисто. В любом другом месте я бы сильно сомневался, что мы сможем отыскать такую мелочь, но поскольку здесь ваши владения, мадемуазель… – Он дополз до трещины в плинтусе, сквозь которую виднелась шиферная плитка. – Вот, получите. – И он протянул Норе уродливый кусочек.

– Спасибо, – поблагодарила девушка. – Мне бы, наверное, целая вечность понадобилась, чтобы его найти. – Но когда она хотела взять камешек, Дэниел отдернул руку.

– Позволите мне растолочь его? – предложил он. – А вы пока готовьте раствор. Полагаю, к стеклянной посуде вы так же придирчивы, как и к полу.

– Еще больше, – заявила Нора.

Дэниел взял пестик.

– Уважаю.

* * *

Нора перевернула табличку на дверях лечебницы и вернулась к своему столу просмотреть бухгалтерские книги, когда резко прозвенел звонок. Она снова поднялась, чтобы открыть, торопливо заплетая волосы, которые только что распустила.

На ступеньках стояла Нелли Фостер, их постоянная пациентка, нервно зажимая правую руку левой.

– Не могу я больше шить, – заявила она, и в ее голосе, обычно спокойном, слышалась паника. – Держать иглу – настоящая пытка.

Нора провела молодую женщину в смотровую, постаравшись скрыть разочарование. Она уже несколько месяцев боролась с болью в большом пальце Нелли, а теперь казалось, что боль побеждает.