-  Или, - нехотя глядя в сторону, выдавил из себя увечный капитан. - Я бы все-таки притормозил - там, на выезде... И потом - у дока в правах не было вкладыша - он не проходил на Фронде никакой регистрации на этот счет... И сами права просрочены были. Да их у него с собой и не было - по сети вычисляли... В общем - потрепали нервы профессору...

    Гвидо не стал уточнять, как обстояло дело с отчетностью на этот счет. Вряд ли эта небольшая нервотрепка нашла отражение в лаконичном рапорте капитана. Он только натужно улыбнулся и еще раз похлопал по руке Орландо.

    -  Ну, поправляйся... - произнес он, вставая со стула. - Не бери в голову всю эту чертовщину. За головную боль платят мне...

    За его спиной вежливо откашлялась медсестра.

    -  Профессора Кульбаха не могут найти, господин подполковник, - сообщила она. - Его нет ни в его боксе, ни в лаборатории... Вашу просьбу передали дежурному по охране станции...

    -  Спасибо, сестра, - поблагодарил Гвидо и зашагал к выходу.

    Сестра переглянулась с Орландо.

    -  Кажется... - начала она.

    -  Да, - согласился капитан. - Кажется, мы здорово подвели дока Кульбаха.

    * * *

    Хрипловатым спросонья голосом начальник охраны «Эмбасси-2» извинялся перед Гвидо, хотя никакой вины за собой не чувствовал.

    -  Кажется, я не могу сыскать для вас уже второго человека за последние сутки, подполковник... Но доктор не покидал станцию... Так что его найдут в течение часа-двух...

    -  Вы уверены, что он действительно не мог покинуть, «Эмбасси» ни при каких обстоятельствах? - сверлящим голосом уточнил Гвидо.

    Он впился в изображение главного охранника на экране довольно неприязненным взором.

    -  Уверен, - заверил его тот. И тут же смазал весь произведенный эффект:

    -  Если, конечно, все в порядке с бортовым компьютером...

    -  Немедленно, - зашипел Гвидо. - Я повторяю: немедленно проверьте, все ли с ним в порядке. И пеняйте на себя, если...

    Но тут коммутатор голосом только что разбуженной секретарши сообщил ему, что в его приемной вот уже четверть часа находится вызванный по срочному делу лейтенант Петро Криница.

    * * *

    -  Вам, господа, стоит подождать здесь...

    Человек, проводивший их в прохладную глубину Дома и затворивший за Рогой дверь в помещение, которое здесь называли трапезной (наверное, так же условно, как сам Дом - монастырем), указал четырем чужакам - уже умывшимся, сдавшим оружие и проглотившим по чашке чая с непонятного вида закуской - на каменную скамью, тянущуюся вдоль просторного коридора.

    -  Скорее всего, Верховный Посвященный захочет поговорить и с вами, господа.

    -  А вы, - он повернулся к Штучке и Карин, - наверное, можете сразу отправиться приводить себя в порядок и отдыхать. Туда же, где и всегда... Ваши комнаты в левом крыле мы не трогали. Только прибрали, как всегда.

    Картежник облегченно вздохнул и, сделав ручкой своим новым знакомым, подмигнул Микису и затопал по коридору. Карин, кивнув, последовала за ним. По дороге она несколько раз обернулась, встретилась глазами с Кириллом и неуверенно махнула смуглой ладонью. Потом уже больше не оборачивалась.

    -  Это я называю - номер, чтоб я помер! - определил ситуацию Микис.

    Вид у него был вымотанный.