Bon appétit!

— Ты теперь мне всегда хамить будешь? — Лева идет за мной, как тень отца Гамлета.

— Хм… — Я останавливаюсь и делаю вид, будто обдумываю его слова. Стучу ногой, и мои огромные тапки в виде лап смешно шлепают по полу. — Да. Я тебе не доверяю, я тебя не уважаю, и вообще, ты очень странный тип. Весь такой не такой. Прямо вылитый скрытый злодей, который в финале предаст главных героев.

— Да что за…

Звук дверного звонка эхом раскатывается по первому этажу. Мне казалось, что он не работает. Смотрю на свои часы и вижу уведомление о том, что курьер подъехал.

— Еда!

Забыв о Леве, бегу к двери. Прямо за спиной курьера стоит помятый и недовольный Рыжий.

— Он меня не видит, прикинь.

На возглас Рыжего я никак не реагирую. Только курьеру киваю, когда он уточняет данные по заказу и оплате.

— У вас тут ловит плохо, — бурчит курьер, когда я прикладываю карточку к терминалу.

— Бывает иногда. Дайте ему чуть подумать.

Мы в напряженном молчании стоим минуты две. Они кажутся бесконечными. Курьер отходит в сторону, надеясь, что у забора сигнал будет лучше.

— Можно? — Рыжий на карточку указывает, но я загоняю его в дом, как непослушную собаку, которая норовит сбежать.

— Не сейчас, блин.

— Все! — победно кричит курьер. — Прошла оплата.

— Какое счастье. Спасибо вам огромное!

Я все четыре пакета, до отказа набитые, хватаю и волоку в дом. Рыжий тут же бросается помогать. Мне буркнуть хочется, чтобы он шел Кирилла искать, но тот сам выползает. Именно что выползает. На нем лица нет. Даже представить трудно, куда его закинуло и по каким кругам гоняло.

— Как я устал… — Он на полу остается лежать, перевернувшись на спину и раскинув руки. — Что это вообще было?

— Доброе утро! — говорю я с улыбкой во все лицо.

— На хрен такое доброе утро, вот что я вам скажу.

На Рыжего оборачиваюсь, когда он с характерным звуком открывает банку пива.

Главное безошибочно обнаружено.

— Помните, я говорил, что пить бросил? — спрашивает Кир.

— Я нет, — отвечаю честно: в момент этого разговора я, вероятнее всего, еще даже зачат не был.

— Было дело, — не без раздражения отзывается Лева. Миша просто кивает.

— Забудьте. Сегодня вечером, пожалуй, нажрусь.

Я усмехаюсь, хотя Кирилл совсем не шутит. Про себя легендарный отрывок продолжаю, что день сегодня длинный, жаркий, и от начала до конца, каждую минуту, вероятнее всего, будет полная…

— И правда. Зачем ждать пятницу? Устроим свою вечеринку.

Рыжий только руки собирается поднять, чтобы порадоваться моему предложению, как Лева вставляет свои пять копеек:

— Вы спятили? Хотите еще беды на себя навлечь?

— Ну а что? Вы уже мертвые, хоть и начинаете все больше походить на живых, а мне конец в любом случае. В пятницу или раньше — может, она меня к обеду добьет?

— Что тебе наговорили?

— Перелом — это не смерть. Понимаешь, Лев?

По его лицу вижу, что он ничего не понимает и что его начинает напрягать мое рвение кошмарить. Он хмурится с того самого момента, как я вышел из комнаты.

— Забей, блин. Я работать пойду. Разберете пакеты, если скучно станет?

Поднявшись на второй этаж, оглядываюсь. Надеюсь, что пространство и время больше не будут неестественно растягиваться или сужаться. А если и будут, то я не хочу этого видеть, поэтому закрываю дверь в комнату.

За четыре часа работы я делаю то, что мог бы сделать за пятнадцать минут.