В темноте…

Шаг вперед делаю, и Рыжий меня тут же хватает. Он с лестницы не то что спускается — спрыгивает, лишь бы не дать этой темноте сожрать меня, хотя никто из нас не знает, на что Дача еще способна.

— Спятил?

— Я останусь, а ты скажи другим, и уходите, если что-то произойдет.

— В героя играешь? — возмущается Миша, а я улыбаюсь ему в ответ.

— Беру с тебя пример.

Мои слова на мгновение вгоняют его в ступор, и этого мне хватает, чтобы вырваться и нырнуть в одну из комнат. Я выбираю берлогу Левы, потому что пространство моей комнаты работает по-другому. Из темноты вижу Мишу, а вот он меня из вида теряет, как только свет из коридора перестает падать мне на ноги. Он уходит быстро, просто исчезая, а я по сторонам оглядываюсь. Комната никак не меняется. В ней темно. Никого нет. Двери не заперты. В туалет заглядываю, потом в свою спальню. Ничего и никого.

Дачи тоже рядом нет. Сейчас моя тень принадлежит только мне.

Все двери за собой закрываю и перед тем, как спуститься, проверяю все напоследок. Все остается на своих местах, пока я не отворачиваюсь. Слышу протяжный скрип. Его наверняка и на первом этаже слышно, потому что внизу все смолкает: ребята прислушиваются, как и я.

Это не похоже на обычные шаги. Будто кто-то перебирает огромным количеством лап. Я стараюсь как можно тише по лестнице спускаться. На последних ступеньках меня встречает Лева и останавливает, активно размахивая руками. Я стою неподвижно, пока не замечаю, что мою тень невнятное нечто пожирает своей. Голову поднимаю машинально, совершенно не задумываясь, хочу ли я видеть того, кто вышел на прогулку, когда его совсем не ждали.

Единственное, что успеваю понять: рано. На рейв еще даже никто не пришел.

Задрав голову, встречаюсь взглядом с чем-то паукообразным, таким же вывернутым и отвратительным, как и каждый дачный питомец. Она из людей лепит все, что ей хочется. На меня несколько пар глаз смотрят с лица, что из трех состоит. Из огромной пасти капают слюни.

Понимаю, что оно бросится сейчас, но вместо «бей и беги» неожиданно срабатывает другой механизм защиты — «замри». Ноги намертво прилипают к полу и становятся чужими. Меня в жар бросает, а от нехватки воздуха начинает кружиться голова. Выдох делаю, и, прежде чем тварь спрыгивает сверху, меня с места срывают и за собой тянут, не давая подумать.

Слышно, как скрипит и трещит лестница под существом, когда то с грохотом спрыгивает вниз. Оно верещит разочарованно. Пока за нами не закрывается дверь, вижу Рыжего, который эту же дверь закрывает изнутри. Руку выдергиваю, бросаюсь обратно к двери, но она не поддается на мои уговоры.

Не поддастся она и Рыжему.

Ровно в девять двери закрываются — и открываются с первыми лучами звезды по имени Солнце.

По двери ладонью ударяю беспомощно, и внутри по всему дому свет гаснет. К окну бросаюсь, но из-за шторы не видно ничего. Ничего не слышно, и первый, к кому обращаюсь, это Дэн.

— Открой дверь, — прошу, но он в мою сторону даже не смотрит.

— Не могу.

— Ты издеваешься? Это буквально смысл твоего пребывания здесь!

— Я же сказал — не могу.

Камень в него кидаю, который подбираю среди пожухлой травы. Кидаю со всей силы и не жалею о том, что он впечатывается ему в лицо. Не жалею, что это больно и что злость становится моей главной эмоцией.

Передо мной Кирилл выскакивает, как только Дэн в мою сторону направляется.

— Он не может открыть двери, пока не пройдет хотя бы час, — объясняет Лева.

— А ты попроси Дачу, чтобы она его не жрала повторно.