Я надеваю серый свитер Тристана. Рукава свисают ниже кончиков моих пальцев, и я подтягиваю их до локтей. В пару к свитеру из кучи одежды, которую принесла мне Энола, выбираю приталенные брюки. Перекинув волосы через плечо, умываюсь и чищу зубы. Приятно видеть, что темные круги под глазами исчезают.

Я замираю, положив ладонь на дверную ручку, и закрываю глаза. Будь сильной. У него нет власти над тобой.

Несмотря на подбадривания, меня знобит от волнения, особенно при виде открытой двери в спальню Тристана. Обычно он аккуратен и заправляет постель. У меня есть странное подозрение, что он стирает и гладит собственную одежду. Вот только сейчас его простыни измяты. Почему? Он уходил в спешке? Или не мог заснуть по той же причине, что и я?

Он думал обо мне в этой постели?

Я скриплю зубами. О небеса, эта связь меня убивает.

Звуки из кухни становятся громче, когда я спускаюсь по лестнице, и мое сердце устремляется в галоп.

— О, ты проснулась, хорошо, — говорит Энола и разворачивается, закрывая дверь ледника. — Прости, я слишком шумела?

Окидываю комнату взглядом. Энола одна.

— Нет, — говорю я, стараясь скрыть разочарование. — Все хорошо.

— Я старалась потише. — Она улыбается. — Итак, у меня потрясающие новости.

Я цепенею.

— Тристан заставил доктора Хэншо передумать и пустить тебя к нему в больницу. Можешь пойти, когда будешь готова. — Энола сводит брови. — Или тебе сегодня еще плохо? Это ничего...

— Нет, — перебиваю ее я, смеясь с облегчением. — Я с радостью.

— Хорошо. — Энола берет штабель пирогов и засовывает в тряпичную сумку на кухонной столешнице. — Но если не возражаешь, я бы хотела по дороге занести еду нескольким семьям. Тристан упаковал сколько смог и заставил вчера всех взять еду домой, но ваша кухня все равно в ней тонет.

Мне становится весело при мысли о том, что Тристан снова занимался женской работой. Подумав об этом еще, я понимаю, что впечатлена.

Закончив с пирогами, Энола хлопает в ладоши и улыбается так светло, что на это больно смотреть.

Кажется, я буду по ней скучать.

По ней и по Тристану.

— А где же мой муж?

Ее улыбка слегка гаснет.

— На работе. Теперь, после выздоровления и похорон, он больше сил отдает обязанностям мэра. Просил сегодня провести время с тобой и обеспечить всем, чем нужно. Не думаю, что тебе захочется пробыть с доктором Хэншо дольше пары часов, учитывая твое состояние. Но решай сама. Я в любом случае постоянно нахожусь в больнице, так что мне несложно.

— Вы медсестра?

Энола усмехается.

— Нет, я заправляю всей больницей. Занимаюсь персоналом и закупаю нужное оборудование у торговцев. Держу в рамках таких, как Хэншо.

Она руководит врачом-мужчиной? Женщина?..

— До того как упали бомбы, я занималась прикладной механизацией. — Энола машет рукой на мое недоумение. — Это такая работа... ну, сейчас это неважно, верно? Ее уже больше нет. — Она смеется. — В любом случае на этой работе я справляюсь гораздо лучше.

Я начинаю готовить отвар фесбера. Пусть мне и хочется впитать все крохи информации о больнице, следует экономить силы.