– Алло?

– Это ты, Эд? Джек Райан. Вы сейчас заняты?

– Обычно нам разрешают отдохнуть в воскресенье, Джек. После обеда «Кэпитолз» играют с «Брюинами».

– Уделите мне десять минут.

– Хорошо, Джек. – Эд Фоули повесил трубку на рычаг настенного телефонного аппарата. – Сейчас приедет Райан, – сказал он жене. Испорченный выходной, черт побери.

Воскресенье было единственным днём недели, когда им можно было не спешить в Лэнгли и понежиться в постели. Мэри‑Пэт была все ещё в домашнем халате и выглядела как‑то неопрятно. Без единого слова она положила утреннюю газету и пошла в ванную. Через пятнадцать минут послышался стук в дверь.

– У тебя сверхурочная работа? – спросил Эд, открывая дверь. Следом за Райаном вошёл Роббертон.

– Пришлось ехать в студию для участия в утренней программе. – Джек посмотрел на часы. – Через двадцать минут нужно быть в ещё одной.

– Привет, Джек. В чём дело? – В комнату вошла Мэри‑Пэт, она выглядела, как и подобает американской домохозяйке воскресным утром.

– Деловой разговор, милая, – ответил Эд, и все трое направились в комнату отдыха, расположенную в подвальном помещении.

– Операция «Сандаловое дерево», – произнёс Джек. Здесь можно было говорить свободно – дом проверяли каждую неделю, но до сих пор подслушивающие устройства не были обнаружены. – Кларку и Чавезу уже передали приказ вывезти девушку?

– Не было такого указания, – напомнил ему Эд Фоули. – Все почти готово, но…

– Передайте им, чтобы немедленно занялись этим.

– Ты не мог бы рассказать нам поподробнее? – спросила Мэри‑Пэт.

– Все происходящее не нравилось мне с самого начала. Думаю, нам стоит дать этим знак её покровителю, причём пораньше, чтобы у него было время подумать,

– Пожалуй, – согласился мистер Фоули. – Я тоже прочитал об этом в утренней газете. Он относится к нам не слишком дружелюбно, но ведь мы оказываем на него сильное давление, правда?

– Садись, Джек, – пригласила Мэри‑Пэт. – Принести тебе кофе?

– Нет, МП, спасибо. – Опустившись на потёртую кушетку, он поднял голову и посмотрел на Эда. – Меня только что осенило. Наш приятель Гото кажется немного странным.

– Да, у него есть некоторые отклонения, – согласился Эд. – Он не слишком умён, если отбросить свойственную им всем местную риторику, останется куча напыщенных фраз и совсем немного разумных идей. Признаться, меня удивило, что ему представилась возможность стать премьер‑министром.

– Почему? – спросил Джек. Материалы о Гото, составленные Госдепартаментом, как всегда, уважительно говорили об этом иностранном государственное деятеле.

– Я ведь уже упомянул, что он вряд ли получит Нобелевскую премию по физике, понимаешь? Гото – типичный аппаратчик. Сделал политическую карьеру с самых низов. Можно не сомневаться, что на этом пути ему пришлось лизать немало задниц…

– А теперь, чтобы компенсировать себя за унижения, он отыгрывается на женщинах, – добавила МП. – Там любят такое. Наш парень Номури прислал подробную информацию о том, что ему довелось узнать. – Все это по причине молодости и недостаточного опыта, подумала заместитель директора ЦРУ. Очень многие оперативники докладывают обо всём увиденном и услышанном, словно пишут книгу. Главным образом это объясняется скукой.

– У нас бы его не выбрали отлавливать бродячих собак в самом маленьком городе, – усмехнулся Эд.