Повреждённый Б‑1Б после проведения первоочередных ремонтных работ был готов к возвращению на авиабазу Элмендорф. Лететь придётся на трех двигателях, что не составляло особой трудности для самолёта, несущего в качестве полезного груза только запас горючего и экипаж. Сейчас на Шемье разместились и другие самолёты. Три птички Е‑ЗВ АВАКС раннего радиолокационного обнаружения, высланные с базы ВВС Тинкер в Оклахоме, поочерёдно вылетали для воздушного патрулирования, хотя на острове имелись и наземные РЛС, самой большой из которых была мощная система обнаружения баллистических ракет «Кобра‑дейн», построенная в семидесятые годы. Нельзя было исключить теоретическую возможность того, что японцы, прибегнув к помощи воздушных заправщиков, нанесут бомбовый удар по Шемье, повторив то, что сумели сделать израильтяне, уничтожив штаб Организации освобождения Палестины в Северной Африке, и, хотя вероятность подобной операции была ничтожной, её все равно следовало принимать во внимание.

В качестве, защиты от такой угрозы ВВС США сумели расположить на острове всего четыре истребителя F‑22 «рапира», это были первые истребители в мире, созданные целиком с использованием технологии «стелс». Они проходили лётные испытания на базе ВВС Неллис и были переброшены на самый край земли вместе с четырьмя опытными пилотами и группами наземного технического обеспечения. Однако «рапира», известная пилотам как «Молния‑П» – такое название первоначально было выбрано фирмой‑производителем «Локхид», – была предназначена не для целей обороны, и теперь, когда солнце после недолгого пребывания над горизонтом исчезло за его кромкой, наступило время операций, для которых этот истребитель был создан. Как всегда, первым взлетел воздушный заправщик, лётчики‑истребители после предполётного инструктажа ещё не успели подойти к укрытиям, где стояли их самолёты, как он уже был в воздухе.

* * *

– Если он улетел ещё вчера, почему в квартире горит свет? – спросил Чавез, глядя на освещённые окна пентхауса.

– Может быть, это работает таймер, чтобы отпугнуть воров? – пошутил Джон.

– Это тебе не Лос‑Анджелес.

– Тогда остаётся предположить, что там кто‑то есть, Евгений Павлович. – Кларк круто повернул руль, сворачивая в соседнюю улицу.

Хорошо, нам известно, что Кога не арестован местной полицией, думал он. Мы знаем, что во главе всей гигантской операции стоит Ямата. Нам также известно, что Канеда, начальник его службы безопасности, по‑видимому, убил Кимберли Нортон. Мы знаем, что Ямата улетел из Токио. А теперь мы убедились, что в его квартире горит свет…

Кларк нашёл свободное место и поставил машину у тротуара. Затем они с Чавезом покинули автомобиль и прежде всего обошли квартал. Внимательно глядя по сторонам, они провели так называемую рекогносцировку, которая оказалась гораздо обыденнее, чем предполагалось.

– Мы ещё многого не знаем, – покачал головой Чавез.

– Похоже, ты рассчитывал посмотреть ему в глаза, Доминго, – улыбнулся Кларк.

* * *

У него безжизненные глаза, подумал Кога, совсем непохожие на человеческие; большие и тёмные, они кажутся сухими и смотрят не отрываясь на него, а может, просто в его сторону да так и замерли, подумал бывший премьер‑министр. Какими бы ни были эти глаза, догадаться, что скрывается за ними, невозможно. Кога слышал о Киоши Канеде, и чаще всего, говоря о нём, употребляли слово ронин – так называли самурая, который потерял своего повелителя и не сумел найти нового, что считалось величайшим позором в давние времена. Такие люди превращались в бандитов или, что того хуже, утрачивали связь с самурайским кодексом чести бусидо, которым тысячелетиями руководствовались японцы, имевшие привилегию носить оружие и пользоваться им.