|
Все эти бандиты и те, кто повелевали ими, мешали торжеству подлинной демократии в стране. Теперь он особенно остро осознал это и испытывал горечь от того, что, посвятив свою жизнь искоренению зла, потерпел неудачу. И вот он здесь, в пентхаусе Яматы, под охраной таких бандитов. Может быть, его выпустят на свободу, когда он уйдёт в политическое небытие, став свидетелем того, как его страна полностью окажется во власти новых хозяев – или старых, скрывавшихся раньше в тени. И он будет бессилен что‑либо предпринять. Вот почему Кога сидел с книгой в руках, наблюдая за Канедой, увлечённым драмой, которая развёртывалась на экране телевизора. Начало, развитие и конец её были ясны с первых кадров, а Канеда делал вид, что все это реально и ново, хотя на самом деле происходящее было старо как мир.
* * *
Подобные бои происходили только на тренажёрах или, скорее, на аренах римских цирков в другие времена. Оба противника располагали самолётами раннего радиолокационного обнаружения – на стороне японцев Е‑767, на стороне американцев Е‑ЗВ, которые находились так далеко, что не могли видеть друг друга даже на многочисленных экранах, хотя и те и другие с помощью приборов следили за сигналами противника. Между ними находились гладиаторы. Вот уже в третий раз американцы прощупывали противовоздушную оборону Японии и в третий раз терпели неудачу. Американские самолёты АВАКС находились в шестистах милях от Хоккайдо, а в сотне миль впереди них летели истребители F‑22, занимаясь «прочёсыванием», как назвал это командир эскадрильи. К ним приближались японские «иглы» F‑15, которые входили сейчас в радиолокационную зону американских самолётов раннего обнаружения, но по‑прежнему оставались в зоне действия своих Е‑767. По команде американские истребители разошлись попарно в стороны. Одна пара на крейсерской скорости, превышающей девятьсот миль в час, устремилась на юг и постепенно сближалась с японским патрульным периметром. – У них огромная скорость, – заметил японский диспетчер. «Вести» американцев было трудно. В конструкции американских истребителей использовались элементы технологии «стелс», однако размеры и мощность радиолокационных антенн на самолётах «ками» снова позволили преодолеть это препятствие. Диспетчер направил свои «иглы» на юг, прикрывая направление возможного прорыва. Стремясь продемонстрировать американцам, что их «ведут», он выбрал электронной указкой соответствующие характерные вспышки и распорядился, чтобы радиолокатор каждые несколько секунд направлял на них свои импульсы, удерживая их на цели. Теперь у американцев не будет ни малейшего сомнения, что ведётся слежение за всеми их манёврами, что хвалёная технология «самолётов‑невидимок», призванная побеждать радиолокаторы, для новых, более мощных радаров недостаточно эффективна. Чтобы обострить ситуацию, японский диспетчер переключил частоту передатчика с поисковой на управление огнём. Вообще‑то самолёты раннего радиолокационного обнаружения находились слишком далеко, чтобы наводить ракеты на цель, но даже в таком случае это послужит ещё одним доказательством того, что в любой момент японские радиолокаторы способны ярко осветить цель и навести на неё ракеты. По крайней мере американцы поймут преподанный им урок. Вначале сигнал стал постепенно затухать и в конце концов почти исчез, но потом за дело принялся компьютер и выделил его из беспорядочного потока помех и усилил. Теперь мощный радиолокационный сигнал замкнулся на американских истребителях – по крайней мере диспетчер полагал, что это должны быть истребители. Бомбардировщик Б‑1 обладал неменьшей скоростью, но заметно уступал в манёвренности. Да, это, конечно, истребители, и они представляют собой козырную карту американцев, но всё‑таки недостаточно выигрышную. Может быть, теперь, когда американцы поймут это, дипломатия изменит положение раз и навсегда, и в северной части Тихого океана снова воцарится мир. |
