– А ты что же, разведчица, совсем не учуяла их? – дёрнув ухом, спросил у Стрелы Дротик.

– Думай, что говоришь! – ощетинилась та. – Чтобы я унюхала койотов и не сказала вам об этом?

– Не обижайся, – примирительно тявкнула Белла. – Дротик не имел в виду ничего такого. Койоты ужасно воняют, а значит, они пробыли здесь недолго, только и всего.

Явно неудовлетворенная объяснением Беллы, Стрела обиженно фыркнула.

– Так или иначе, они распугали здесь всю добычу, – поспешила вмешаться Гроза. Приблизив свой нос к земле, она энергично принюхалась. Но запахи раздражённых собак и койотов заглушали все следы кроликов. Даже если этих трусишек не сдуло испугом с луга, они наверняка попрятались в свои норки. И выманить их оттуда в ближайшее время вряд ли получится.

Гроза подняла голову и втянула ноздрями воздух.

– Нам нужно продолжить охоту. Возможно, мы найдём какую-нибудь добычу в лесу. Не могло же всё зверьё разбежаться из-за этих тварей.

– Уж и не знаю, Гроза Может, нам стоит вернуться в лагерь и узнать, как там наша Альфа? – засомневался Микки. Пёс нервно взмахнул своим пушистым хвостом, и Гроза осознала, насколько разнились их воспоминания о койотах. Она их побаивалась, а Микки беспокоился за новоявленные маленькие жизни, как, впрочем, и за свою собственную. И Гроза не могла осуждать его за это.

– Охота может подождать, – поддержала пса Белла. – Я тоже думаю, что нужно наведаться в лагерь. Вдруг Счастливчик нуждается в нас?

Все четыре собаки выжидающе посмотрели на Грозу, и она подбоченилась от гордости: «Они всё же считают меня предводительницей этой охоты!» При том, что некоторые из них занимали в стае более высокое положение, а охота пошла не по плану.

– Что ж, давайте вернёмся, – кивнула Гроза. А про себя подумала: «Всё равно я потом снова отправлюсь охотиться».

Ей было горько и обидно возвращаться в лагерь без пищи для Альфы. И, пока Гроза вела отряд назад – сначала по лугу, потом через заросли кустарника, а затем по травянистому склону холма, – её лапы с каждым шагом только тяжелели. Будто на каждой из них висело по камню.

На подходе к лагерю Грозе послышался лай собак. Поначалу он показался ей тревожным и суматошным; сердце гулко заколотилось в груди: «Неужели что-то случилось?

Неужели койоты опередили нас и напали на лагерь? А, может, что-то неладное с Альфой?.. Или ещё одна собака погибла, как Шёпот?»

Но уже в следующий миг Гроза осознала: в лае не было ни страха, ни отчаянья, ни гнева. Собаки не призывали на помощь. Они тявкали от радости!

Отряд выбрался из зарослей деревьев, и глазам Грозы открылась радужная сцена: одни собаки задорно подпрыгивали, высунув от счастья языки, другие весело катались по траве, третьи ликующе стучали по земле своими хвостами.

К охотникам молнией подлетели два белых комочка: заливисто тявкая, Дейзи и Солнышко начали выделывать такие кренделя, как будто их тельца были слишком малы, чтобы удержать в себе переполнявшие их чувства:

– Щенки! Они уже с нами!

Глава 4

Микки подскочил и чуть не задохнулся от радости:

– С ними всё в порядке? Как себя чувствует Альфа?

– А как Счастливчик? – добавила Белла Дейзи и Омега-Солнышко дружно запрыгали и завертелись на лапах:

– Щенки просто замечательные!

– Их целых четыре!

– Альфа очень устала.

– А Бета выглядит так, словно его прихлопнуло камнем.