В течение нескольких секунд хлопанье продолжалось снова. Он повернул голову и уставился в небо. Что-то промелькнуло на фоне лунного диска. Еще раз раздалось хлопанье. Он поднял глаза выше. Какая-то... нет, несколько теней расположились на уступе разрушенной стены. Одна из теней зашевелилась и проковыляла несколько шагов по стене. Расправила крылья, сложила снова.

     Его шея, спина, грудь похолодели, и на коже появился зуд. Он протянул руку, шурша листьями, и схватил Йимми за черное плечо. Йимми заворчал, вздрогнул, перекатился на спину, открыл глаза - Гео видел, как опустилась в выдохе его грудь. Только несколько секунд спустя грудь поднялась снова.

     Йимми повернул лицо к Гео, но тот приложил палец к губам и обратил свое лицо к ночи. Еще три раза сзади раздавалось хлопанье - за стеной, догадался Гео. Краем глаза он увидел, что Йимми поднял руку и прикрыл ею глаза.

     Так прошло несколько лет...

     Вдруг стая спрыгнула со стены, стала падать на них, но забарахталась в лавине крыльев на фоне лунного диска. Потом они сделали круг, вернулись на стену и через некоторое время снялись снова. Некоторые опустились в свободном падении на двадцать футов, прежде чем паруса их крыльев наполнились и они снова начали подъем. На этот раз их круги были шире, и не успели они вернуться, как новая стая появилась в ночи.

     Тогда Гео схватил Йимми за руку и отвел ее от глаз. Силуэты продолжали снижаться, как разбитые воздушные змеи: шестьдесят футов над землей, сорок, тридцать. Раздался пронзительный визг. Гео вскочил на ноги, Йимми встал рядом с ним. В руках они сжимали свои посохи. Тени надвигались с криками, но вдруг бешено захлопали крыльями и снова поднялись в воздух, удаляясь от стены. Потом они повернули назад.

     - Вот оно, - прошептал Гео.

     Он пнул ногой Урсона, но Большой Матрос уже был на коленях и вставал на ноги. Крылья забились перед ними, настойчивые и темные, приблизились к ним, но на угрожающем расстоянии в пять футов, повернули назад.

     - Кажется, они опасаются закрытого пространства, - с расстановкой проговорил Гео.

     - Надеюсь, черт возьми, - сказал Урсон.

     В двадцати футах от людей они стали приземляться, складывая крылья в лунном освещении. Во все увеличивающейся орде теней блеснуло на свету металлическое лезвие.

     Две твари отделились от остальных и бросились вперед. Над их головами неожиданно взметнулись мечи в серебряном сиянии.

     Урсон выхватил посох из рук Гео, швырнул его изо всех сил, и оба чудовища получили удар в грудь. Они упали навзничь, взмахнув крыльями, как будто запутались в простынях из черного холста.

     Трое других прыгнули с криками, чтобы занять место павших. Пока они приближались, Урсон взглянул вверх и воткнул свой посох в живот четвертому, которое уже приготовилось броситься на них сверху. Одно из них увернулось от просвистевшего посоха Йимми, и Гео поймал мохнатую руку. Он дернул ее в сторону, лишив равновесия крылатую тварь. Та уронила меч и упала на спину, силясь встать. Гео подхватил меч и прямо от земли нанес удар в живот другой, и она расправила крылья и попятилась назад. Тогда он выдернул лезвие и вонзил его в тело упавшей. При этом раздался звук, характерный для сдавливаемой губки. Выдернув лезвие, он вонзил его в тень слева. И вдруг голос, но изнутри...

     - Камни.