— Ой, да что вы! — воскликнула Илисса. — Не верьте тем, кто так говорит! Господин наш вспыльчивый, но вообще он хороший! Город он просто так не бросит!

Адвент — город довольно большой. Ему очень повезло: он расположен в естественной бухте, защищенной с трех сторон довольно высокими каменистыми холмами. По этим-то холмам змеей и протянулась городская стена. Говорили, что из подземелий ратуши ведет подземный ход. Кончается он уже за холмами по другую сторону от моря, и бургомистр с ноблями сбегут по нему, когда будет уж совсем худо. Ох и долгонько, верно, рыл безвестный строитель хода!.. И не рассчитал чего-то: выводить он должен был, судя по всему, прямо в расположение вражеской армии. Другое дело, что у меня были свои резоны верить слуху, но об этом в свой черед.

Куда уж логичнее бежать по морю. Но море держат в осаде корабли герцога, не пускают никого. Оно и не удивительно: основные владения Хендриксона — на Закатных островах, а тамошним жителям сам бог велел быть искусными мореходами.

— Знаю, знаю, милашка… — я зевнул. — Но что мы все об астрологе да о бургомистре, как будто заняться больше нечем? Расскажи мне больше о себе.

— Ой, ну я даже не знаю, — пробормотала она, хихикая и краснея. — О себе?… Да я ж совсем неинтересная…

— Мне про тебя, красавица, все интересно, — промурлыкал я, целуя шею пониже маленького ушка. Ммм, люблю ушки… Да, и жареные тоже люблю — особенно свиные.

— Ой, ну что вы… Ну про что вам рассказать-то…

— Да вот хоть про день твой. Вот просыпаешься ты с утра пораньше, огонь разводишь, завтрак хозяину готовишь…

— Ой, нет, я сначала быстренько еду готовлю для стражников, что на караул заступают: ну, хлеб режу, который с вечера напекли, то се! А потом пол мыть уже…

— А что, стражники как раз сменяются, как ты работать начинаешь?

— Да вот, почитай, я еще до рассвета, как четыре часы пробьют, а они аккурат в шесть…

5. Записки Астролога

В темницах есть свои преимущества. Нет, честное слово. Не верьте тем, кто скажет вам, что в темнице нельзя хорошо провести время. Вот я, например, сейчас просто наслаждаюсь. Лежу на соломе, смотрю в зарешеченное окно. Оттуда ничего не видно — ночь пасмурная. Но это не важно — я все равно смотрю.

Мне грозит смерть завтра, но я знаю, что проживу достаточно, чтобы спасти ту девушку. Не должны девушек сжигать на кострах. Просто не должны.

Как я оказался в этой темнице? Пожалуй, стоит рассказать все по порядку.

Это произошло сегодня — или уже вчера?… — днем. Ровно в полдень.

Утром я еще сидел в моем роскошном кабинете. Никто не запрещал мне выйти и прогуляться, но я предпочитал безвылазным сидением за письменным столом создавать видимость напряженной работы. Тем более, что большую часть дня я отсыпался после ночных отсиживаний на крыше (ох и острая там черепица, я вам скажу!) На самом деле я писал письмо — а чем мне еще было заняться?… Все эти дни я только и делал, что составлял послания родителям и Рае, отлично зная, что отправлять их не придется. Мне выдавали отличный пергамент.

Окно кабинета выходило на улицу, и я имел возможность наблюдать за жизнью города. Оборотная сторона: зеваки тоже могли наблюдать за мной, работающим, в раскрытое окно. Стражники отгоняли их от стен дома, но помогало мало — глазели издалека. С надеждой.

Два дня с тех пор, как я впервые увидел пленницу. Семь дней осады.

Впрочем, говорят, трупы в город пока не кидали — не то герцог отличался невиданным человеколюбием, не то мало было чужих мертвецов, а своих хоронили, как подобает.