|
Помните? - Еще бы, черт возьми! Тот самый, что, бывало, так досаждал нам, по чьей милости нам пришлось столько гонять по проезжим дорогам! Тот, кого вы трижды угостили шпагой, и ему, можно сказать, не зря досталось! - Но знаете ли вы, что он стал нашим другом? - спросил д'Артаньян. - Нет, не знал. Он, видно, незлопамятен... - Вы ошибаетесь, Портос, - возразил д'Артаньян, - это я незлопамятен. Портос не совсем понял эти слова, но, как мы знаем, он не отличался сообразительностью. - Так вы говорите, - продолжал он, - что граф Рошфор говорил обо мне кардиналу? - Да, а затем королева. - Королева? - Чтобы внушить нам доверие к нему, она даже дала ему знаменитый алмаз, помните, который я продал господину Дезэссару и который, не знаю каким образом, снова очутился в ее руках. - Но мне кажется, - заметил Портос со свойственным ему неуклюжим здравомыслием, - она бы лучше сделала, если б возвратила его вам. - Я тоже так думаю, - ответил д'Артаньян. - Но что поделаешь, у королей и королев бывают иногда странные причуды. А так как в конце концов в их власти богатство и почести и от них исходят деньги и титулы, то и питаешь к ним преданность. - Да, питаешь к ним преданность... - повторил Портос. - Значит, в настоящую минуту вы преданы?.. - Королю, королеве и кардиналу. Более того, я поручился и за вас. - И вы говорите, что заключили некоторые условия относительно меня? - Блестящие, мой дорогой, блестящие. Прежде всего, у вас есть деньги, не так ли? Сорок тысяч ливров дохода, сказали вы? Портос вдруг встревожился. - Ну, милый мой, - сказал он, - лишних денег ни у кого не бывает. Наследство госпожи дю Валлон несколько запутано, а я не мастер вести тяжбы, так что и сам перебиваюсь, как могу. "Он боится, что я приехал просить у него взаймы", - подумал д'Артаньян. - Ах, мой друг, - сказал он громко, - тем лучше, если у вас заминка в делах. - Почему: тем лучше? - спросил Портос. - Да потому, что его преосвященство даст вам все: земли, деньги, титулы. - А-а-а! - протянул Портос, вытаращив глаза при последнем слове д'Артаньяна. - При прежнем кардинале, - продолжал д'Артаньян, - мы не умели пользоваться случаем, а ведь была возможность. Я говорю не о вас: у вас сорок тысяч доходу, и вы, по-моему, счастливейший человек на свете... Портос вздохнул. - Но тем не менее, - продолжал д'Артаньян, - несмотря на ваши сорок тысяч ливров доходу, а может быть, именно в силу этих сорока тысяч ливров, мне кажется, что маленькая коронка на дверцах вашей кареты выглядела бы очень недурно, а? - Ну разумеется. |
