– Это подождет. Потом займусь, – добавил он, отпуская ее запястье и жестом приглашая пройти в комнату. – Я хочу услышать что нибудь еще.

– О стряпне моей матери? – Незаметно потирая место, где пальцы Джейка коснулись ее кожи, Сара последовала за ним. – Что тут рассказывать? – продолжала она, усаживаясь в углу длинного дивана. – Кошмар, да и только.

– И Бог с ним. – Джейк вручил ей фужер и опустился рядом на мягкий валик. – Тогда расскажите мне о себе – историю вашей жизни.

– Историю моей жизни? – с притворным ужасом уставилась на него Сара. – С первого дня моего существования?

– И во всех подробностях, – потребовал Джейк. – С первого дня до вчерашнего утра.

Когда мы встретились. Этого он не сказал, да и не надо было. Сара и так понимала, какое огромное значение он придает этой их первой встрече.

– Вы устали? – проговорила она на удивление беззаботным тоном, словно никакие чувства не волновали ее.

– Устал? – Джейк нахмурил брови. – Почему «устал»?

– Ну, история моей жизни – сплошная скука, – пояснила она. – В два счета вас усыпит.

– Скука? – Небрежный тон скрыл ловко наживленный крючок. – Даже по горячей линии секса?

Сара, не задумываясь, заглотнула наживку.

– А этой линии не было.

– Ай ай ай. – Ленивая улыбка тронула губы Джейка. – Как же так? Плохо дело. – В голосе звучало удовлетворение. Он поднял фужер, пригубил, перевел на Сару взгляд и посмотрел ей прямо в глаза. – Может, добавите что то? Буду очень вам обязан.

Он явно поддразнивает, убеждала себя Сара, отпивая глоток из своего фужера, чтобы смочить пересохшие губы и горло. Ладно, будем играть в эту игру вдвоем.

– А что именно вам надо? – спросила Сара тоном, как она надеялась, пресыщенной и утомленной светской жизнью женщины.

– Нагую красавицу, принимающую ванну из шампанского, – изображая сладострастие, протянул он.

– Чересчур дорогое удовольствие, – сохраняя холодное безразличие, отвечала она, едва не фыркнув от смеха. – Или у вас шампанского – море разливанное?

– Увы, нет. – Джейк принял удрученный вид.

– В таком случае, боюсь, вам придется примириться с моей жизнью, такой, какая есть, и выслушать очень скучный рассказ.

– Может, вы согласитесь на ванну из газировки? – спросил он с надеждой в голосе. – Газировки у меня на ванну хватит.

– Ни за что! – качнула головой Сара. – Шампанское – и ничего иного.

Джейк испустил глубокий скорбный вздох.

– Жестокая вы женщина, Сара. И жесткая. – Он помолчал. – Не в физическом смысле. Нет. Кожа у вас мягкая, гладкая…

– Так хотите слушать историю моей жизни? – перебила его Сара.

– Очень, – расплылся в улыбке Джейк. Борясь с впечатлением, которое эта ослепительная улыбка и он сам производили на ее робкие чувства, Сара принялась с быстротой пулемета строчить отчет о том, что успела в жизни до их вчерашней встречи.

– Как уже было сказано, я – из Балтимора. Родилась там двадцать семь лет назад и там же выросла. Отец был и есть инженер конструктор, на руководящей должности. Мать – инспектор консультант по старшим классам. Я всегда была книжным червем, люблю копаться в историческом прошлом, живу собственной жизнью, а так называемые компании или тусовки не люблю. – Сара умолкла и выпила глоток вина.

– Единственный ребенок? Ни братьев, ни сестер? – воспользовался паузой Джейк.

– К сожалению, – кивнула Сара. – Я многое дала бы, чтобы у меня была сестра или старший брат, но… – Она запнулась.