Самым сложным оказалось зарядить батарею: сперва следовало подать на устройство ровно столько энергии, чтобы можно было запустить процессор и стереть старые алгоритмы. Если перестараться, штука перейдет в боевой режим – и бог его знает, чем это может закончиться.

Эльмира занесла штуку в одну из юрт, где устроила себе небольшую мастерскую. Отключив процессор от шасси, она три дня писала новый код, пока дизельный генератор заряжал батарею.

Эльмира знала: когда батарея зарядится полностью, штука сможет работать годами, питаясь от солнечных нанокристаллов в своей твердой черной оболочке и от десятка других систем. Она получала энергию даже от ударов лап по земле.

Такие машины создавались для автономной работы в местах, куда обычные солдаты пробраться не могли. И это, конечно, стало проблемой: еще лет десять после войны никто не мог попасть на летние пастбища. Редких смельчаков вытаскивали из юрт и разрывали на куски. И все же в конце концов кара иттер – «черные псы» – разрядились. Пастбища вновь стали безопасными, разве что изредка попадались неразорвавшиеся мины и бомбы. Опасней всего было заходить в ручьи: кассетные боеприпасы и мины смывало туда ливнями, и они лежали там среди камней и веток в бесстрастном ожидании своего часа.

Эльмира наблюдала, как блестящий кара ит обходит стадо. Она назвала его Батыром – Воином.

Ночью ее и всю ее семью разбудил волчий вой. Звери подошли очень близко к юртам и загону для овец. Отец в темноте потянулся за ружьем, но Эльмира его остановила:

– Нет, подожди. Пусть Батыр разберется.

И он разобрался. Несколько минут волки рычали и выли, а потом все стихло. Утром в грязи нашли множество следов и несколько капель крови. Батыр обходил загон по кругу, вертя из стороны в сторону своей псевдособачьей головой. Эльмире показалось, что вид у него гордый.

– Все овцы на месте, – сказала Бермет.

– Где же мертвые волки? – удивился Таалат.

– А я не программировала его убивать волков, – ответила Эльмира. – Волки нужны. Они поддерживают равновесие. Без них даже реки текли бы иначе. Ты что, вообще ничего не читаешь?

– Волки дорого нам обходятся.

– Может, и так, – кивнул отец. – Но это их горы. Мы здесь в гостях.

– Хочется дать ему кусок мяса, – сказала Бермет. – Он такой молодец! Ты же молодец, Батыр?

Услышав свое имя, Батыр замер, подошел к Бермет и сел у ее ног. Она невольно попятилась.

– Все хорошо, – успокоила ее Эльмира. – Он так запрограммирован. Вели ему дать лапу.

– Дай лапу, – помедлив, сказала Бермет.

Батыр поднял лапу, но мама так и не смогла ее взять.

– Пожалуй, я пока не готова. Пойду лучше стряпать, – сказала она и ушла в юрту.

Отец подошел и взял Батыра за лапу.

– Арыстан эту команду так и не выучил.

Услышав свое имя, Арыстан заскулил и, встав на задние лапы, крутанулся на месте.

Эльмира хлопнула в ладоши, и Батыр вернулся к патрулированию загона.

Это было утром. А теперь Эльмира сидела на Алатау и смотрела, как Батыр обходит пасущееся стадо.

За спиной послышался ровный электрический гул автомобильного двигателя. Сотовые шины бесшумно скользили по дороге. Конечно, Эльмира знала, кто это. Но оборачиваться не стала.

– Триста овец насчитали, – сказал отец.

Они сидели, скрестив ноги, вокруг дастархана. Ужин был кончен, и теперь все пили зеленый чай. В свете электрического фонаря отец и мать Эльмиры казались стариками.