|
-- Русские идут, Гасан, что делать?.. На флагманском "Капудание", в салоне Эски-Гасана, скромная простота мусульманских жилищ: сундуки вдоль стенок, шкафчики с посудою, медные кувшины в углу. Капудан-паша угощал в салоне адмирала Сайда, тоже алжирца. В окошках "балкона" посверкивало море, вдалеке виднелись скалы острова Фидониси. Ветер отогнул край шторы, скрывавшей аляповатую копию с тициановской "Венеры". -- Ветер мы забрали, Сайд, -- ответил Гасан. -- Да, ветер, слава Аллаху, в наших парусах... Турки потратили немало дней на искусное лавирование, чтобы заманить эскадру Войновича подальше от базы, а семнадцать "султанов", обшитых медью, против двух линейных громадин черноморцев обнадеживали их успехом. В нижних палубах турецких "султанов" постоянно галдели тысячные экипажи. В составе их были левенды -- морская пехота, готовая к резне при абордажах, сшкладжи -- марсовые, способные разобраться в джунглях такелажа, гсишонджи, обслуживающие погреба с порохом и батарейные деки. Гасан хлопнул в ладоши, велев подавать трубки. -- На все воля Аллаха, -- сказал он, решившись. Корабельные склянки отзвонили два часа дня. Первый удар Гасана предназначался русскому авангарду. Ушаков держал флаг на линейном "Святом Павле", он голосом подозвал ближе фрегаты, окликнул их молодых командиров. -- Не страшитесь быть дерзкими, -- сказал он им. -- Не имейте на меня оглядки по пустякам, ежели обстоятельства призовут к самоличным поступкам. Помня о своей тактике, о своем корабле, не забывайте общей стратагемы эскадры... Старайтесь отнять "люфт" у врага проклятого! Ну, с богом-пошли... Имея хороший ветер, турки охватывали авангард Ушакова. На "Преображении" мимо "Святого Павла" прошел сам Войнович. -- Батюшка! -- окликнул он Ушакова. -- Имей стсрежснис, иначе и себя и нас угробишь. Крокодилы-то алжирские люты. Поступай по совести... Против 550 пушек черноморцев Гасан напирал мощью 1100 орудий -- жутковато! Свежий ветер влетел в паруса авангарда. Ушаков, стоя на штанцах, расставил ноги пошире. -- Сто шестьдесят пудов-вся наша сила, -- сказал он офицерам. -- Бить позволяю с дистанции пистолетной. -- Как держать? -- спрашивали от руля боцманматы. -- Так и держите... лучше нам не придумать! Издали было видно, что на палубе "Капудание" возникла драка: албанцы-лсвенды тузили аикладжи-турок. -- Нашли время, -- усмехнулся Ушаков. Турецкий строй растянулся, но сохранял боевую стройность. Войнович с кордебаталисй показался из-за острова, и авангард Ушакова порывисто врезался в линию противника, исколачивая ядрами его головные суда: это были фрегаты. Не выдержав, они отвернули с курса, но... обнажили флагманский "Капудание". |
